КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Новому начальнику УФСБ предстоит борьба с чекистами-бизнесменами.



 

 

ИА “Взгляд-инфо” предлагает вниманию пользователей статью “Шанс для Панкова”, посвященную кадровым перестановкам в региональном управлении ФСБ.

На минувшей неделе произошло то, о чем давно говорили за кулисами региональной политики – своего кресла лишился начальник управления ФСБ по Саратовской области Валерий Бекленищев. Отставка была вполне предсказуема: главный чекист губернии за пятилетку правления стал слишком заметным, что не соответствовало корпоративным правилам службы – секретности и анонимности. Участие Бекленищева в политических играх, экономических спорах, покровительство отдельным персонам, далекое от этики ЧК поведение – все это не ускользнуло от внимания СМИ и общественности. “Саратовский взгляд” – одно из немногих изданий, которые подвергали критике деятельность руководства УФСБ. В публикациях мы не ставили под сомнение эффективность системы госбезопасности в целом, а только рассказывали о дискредитирующей роли некоторых представителей охранки. Наступило время вспомнить самые яркие моменты “эпохи” Бекленищева, а также оценить возможности нового начальника управления Николая Панкова в деле улучшения имиджа и работы ведомства.

Роман с УФСБ

Благодаря активности Бекленищева в УФСБ сформировался клан “силовиков влияния”. Кроме самого генерала в него входили второй человек управления Владимир Сорокин и начальник отдела экономической безопасности Андрей Дородницын. Это “святое семейство” сделало немало для того, чтобы функции губернского ЧК состояли не только в отлове террористов и прочих опасных субъектов, но и в обслуживании интересов определенных финансово-промышленных групп. По некоторым данным, прикрытие или помощь в разное время получали: империя братьев Шмидт (супруге Бекленищева в награду за упорство мужа досталось кресло топ-менеджера “Поволжского немецкого банка” – WDB), самарцы из RBE, беглый грузинский олигарх Роман Пипия, НК “Богородснефть”.

Симптоматично, что отставке Бекленищева предшествовало ослабление позиций деловых партнеров УФСБ. Отзыв лицензии банка, переориентация Романа Эрастовича на “друзей” в среде бизнес-элиты Казахстана – сильно ударили по экономической независимости чекистского триумвирата.

Примерно полгода – с сентября 2008-го по апрель 2009-го – силовики не проводили масштабных “спецопераций”. Можно вспомнить вмешательство в кадровую политику администрации Саратова: УФСБ лишило главного архитектора города Владимира Вирича допуска к государственной тайне, подталкивая его тем самым к увольнению. Попытка господина Вирича опротестовать решение в судебном порядке не увенчалась успехом.

Возможно, охранка желала усадить в кресло главного архитектора свою креатуру – человека с покладистым характером, который будет находиться на попечении службы. Не исключен и другой мотив – месть за то, что Вирич не стал согласовывать выделение участка под строительство дома для сотрудников ЧК.

Говорят, что операцию по ликвидации Вирича спланировал и провел Владимир Сорокин. Называлась его фамилия и в период самарской экспансии 2005-2006 годов. Тогда чекисты “отлучили” от доступа к секретным данным директора “Волгомоста” Жило Харебаву, который вынужден был подать в отставку, фактически сдав предприятие рейдерам.

В прошлом году Сорокин отметился допросом саратовских журналистов. В августе 2008-го автора этих строк и Вадима Рогожина вызвали на “профилактическую” беседу в УФСБ. Общение записывалось на диктофон. В течение четырех часов чекисты во главе с Владимиром Борисовичем пытались спровоцировать нас на откровения – доказать(!) связь Пипии и Михаила Саакашвили. Заявленные цели рандеву были абсурдны: поиск вещдоков не входит в обязанности сотрудников СМИ. Зато мы прекрасно понимали истинные цели встречи. С помощью “беседы” охранка хотела повлиять на редакционную политику холдинга. Хозяевам серого дома казалось, что нас, журналистов, можно запугать или привлечь на свою сторону. Неслучайно Сорокин использовал весь инструментарий допроса: “доброго и злого следователя”, психологическое давление, “игру в патриота”, недвусмысленные предложения о “сотрудничестве”.

Мастером манипуляций показал себя и глава управления Бекленищев. Всем памятна история о том, как ему удалось убедить председателя региональной Общественной палаты (ОП) Федора Григорьева публично дезавуироваться. В августе прошлого года ОП потребовала от УФСБ проверить информацию о саратовских активах Романа Пипии, прибыль от которых поступает на содержание режима Саакашвили. Охранка ответила с поразительной быстротой устами… самого Григорьева. Руководитель палаты созвал пресс-конференцию (приглашались исключительно лояльные издания) и поведал о том, что чекисты не усмотрели связь между “прекрасным мингрелом” и его властным соотечественником.

Впрочем, иногда ГБ пренебрегала конспирацией – выступала от своего имени. Роль идеолога-рупора однажды сыграл Андрей Дородницын, рассказавший “СОГ” (издание областного правительства, подконтрольное губернатору Павлу Ипатову) о том, что “никогда не был знаком с Пипией”.

Складывается впечатление, что функции в “кооперативе” охранки были строго регламентированы: Бекленищев осуществлял общее руководство, его правая рука Сорокин отвечал за идеологию и промышленность, Дородницын специализировался на внешнеэкономических связях.

Кризис ответственности

Активное участие руководства ЧК в далеких от прямых обязанностей “проектах”, будь то политических или экономических, породило в УФСБ кризис ответственности. Иными словами, рядовые сотрудники элитной спецслужбы начали копировать поведение своих старших коллег. Кризис ответственности выразился в различных ЧП. Пьяной драке с немолодой женщиной (история покойного майора Дмитрия Холодкова), предоставлении ведомственных номеров бизнесменам – пережившему покушение директору “Еревана” Каджику Аракеляну, обвиняемому в организации убийства облпрокурора Григорьева главе “Серпа и молота” Алексею Максимову (на автомобилях менее известных предпринимателей также красуются номера могущественной организации), “работе” в банде железнодорожников. Известно, что чекисты собирали компромат на чиновников и депутатов различных уровней.

Имидж службы был испорчен, в том числе и благодаря избирательному подходу руководителя группы общественных связей, официальному представителю УФСБ Татьяне Бреус. Ей, как пресс-секретарю, приходилось четко и беспрекословно выполнять поручения начальства, но это вовсе не означало, что на любой вопрос “Взгляда” должно было звучать лаконичное “Без комментариев” или “Данная информация секретна”.

УФСБ редко давало поводы для похвальбы. Серьезных успехов за период правления Бекленищева, прямо скажем, достигнуто не было. Заявляли о предотвращении взрыва синагоги и поимке кибертеррористов, занимались профилактикой левого радикализма, ловили гастарбайтеров на стройках и государственной границе, задерживали участников исламистской секты “Хизб-ут Тахрир” – пожалуй, это все, что можно найти в сухом остатке достижений. Пресс-конференции проводились крайне редко. Похоже, только для отчетности.

И, конечно, на встречах с журналистами Бекленищев никогда не рассказывал о своем сыне, который сейчас, по информации источников “Взгляда”, обживает ведомственную квартиру папы-отставника. Не говорил он и о своих орденах, врученных Академией проблем безопасности, обороны и правопорядка, ныне находящейся под прицелом Генеральной прокуратуры РФ.

Близкие к Бекленищеву силовики объясняют отставку “ротацией кадров” или “повышением”. И действительно, формально Валерий Иванович выиграл – принят на службу в центральный аппарат ФСБ России. Правда, какую именно должность он займет, пока неизвестно. Вероятно, менее ответственную и значимую по сравнению с главой управления приграничного региона.

Уход Бекленищева – вторая громкая отставка в силовом блоке области за последнее время. Начальнику милиции Александру Шинкареву нашли удачную замену в лице варяга-реформатора из Северной Осетии Сергея Аренина. На смену чекисту Бекленищеву тоже пришел человек без саратовской прописки – теперь уже экс-руководитель УФСБ по Республике Тыва Николай Панков.

О Панкове известно немного. Полковник, приезжавший в Саратов в период, когда Владимир Путин возглавлял Совет безопасности. В скандалах не участвовал, в политических войнах тоже. Таким, наверное, и должен быть главный чекист Саратовщины – территории неограниченных соблазнов.

У Панкова есть шанс вернуть УФСБ статус особой службы, которая не преследует никаких иных интересов, кроме государственных. Для этого ему придется разобраться с “наследием” предшественника – группой саратовских чекистов, интегрированных в бизнес и политику.

Николай ЛЫКОВ

P.S.

С 29 января по 5 февраля 2009 года ИА “Взгляд-инфо” проводило опрос на тему “Кто из силовиков лучше всех справляется со своими обязанностями?”. На первом месте по популярности оказался ответ “Никто из них” (48,6% респондентов).

Второе место поделили глава ГУВД Саратовской области Сергей Аренин и начальник регионального управления ФСКН Александр Иванов. Они получили по 13,9% голосов. Прокурор области Владимир Степанов и руководитель СУ СК Николай Никитин – на третьем месте (по 8,9%). Хуже всех, по мнению респондентов, справлялся со своей работой начальник областного УФСБ Валерий Бекленищев. За него проголосовало лишь 7,5%.

 http://www.vzsar.ru/news/2009/08/03/novomu_nachalniku_ufsb_predstoit_borba_s_chekistami-biznesmenami.html

фото: http://www.nvsar.ru/pimg/00004721_02.gif