КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Дыма без огня не бывает. (с)поговорка)



На последнем совещании у зампреда областного правительства Наталии Старшовой случился небольшой, но принципиальный скандальчик. Госпожа Старшова публично отчитала председателя комитета по образованию администрации Саратова Марину Епифанову за ее комментарий, данный одной из саратовских газет.

В нем Епифанова упрекнула областное правительство в том, что оно не обращает внимания на проблемы городских учителей и не стремится оказать помощь в решении вопросов о достойной оплате их труда. Зампред облправительства посчитала, что таким образом «кто-то» демонстрирует свои амбиции и желание занять кресло министра образования.

О проблемах, связанных с оплатой работы школьных учителей в Саратове начали говорить сразу после того, как было объявлено о переходе на новую систему оплаты по стимулирующей схеме. Пессимисты утверждали, что благодаря ей зарплаты многих педагогов не только не вырастут, но даже могут уменьшиться. Для Саратова этот прогноз, к сожалению, оказался верным. И тому есть целый ряд объяснений. Прежде всего, сама система начисления коэффициентов далеко не совершенна, и во многом зависит от человеческого фактора, а конкретно – от отношения дирекции учебных заведений к своим подчиненным. Несложно догадаться, что некоторые директора в первую очередь начисляют дополнительные коэффициенты себе и руководящему составу, а рядовым учителям, несмотря на высокую нагрузку, достаются лишь минимальные прибавки.

Во-вторых, стремясь облегчить жизнь сельским учителям, чиновники ввели для них дополнительные коэффициенты, значительно превышающие городские. Считалось, что в крупных городах педагоги выживут и без дополнительной поддержки. На деле оказалось, что далеко не все городские школы в достаточной степени укомплектованы учениками, из-за чего не могут похвастаться достойным фондом оплаты труда. Эта проблема характерна не только для Саратова. Радикальное ее решение – закрыть все «ненужные» школы, оставив работать только самые «рентабельные» – естественно, не может быть воспринята на ура ни обществом, ни сотрудниками учебных заведений. Даже чиновники говорят, что это не выход. Между тем, именно к такому повороту стоит готовиться всем нам, учитывая кулуарно обсуждаемую реформу образования. Первые сообщения об этой радикальной реформе появились еще в конце прошлого года. Но одобрена официально она не была, поэтому обсуждение планов по преобразованию системы образования быстро сошло на нет.

Думаю, многие сотрудники учебных учреждений с облегчением вздохнули: пронесло. Не тут то было. В марте в некоторых районах Москвы руководители средних школ объявили подчиненным о том, что с будущего года они начнут работать по новой системе – преподавать ограниченное число обязательных бесплатных предметов (в основном, по 2 часа в неделю каждый, исключая физкультуру и религию, которым отведено 3 часа), а все остальные уроки будут платными. При этом некоторые учебные заведения еще утратят статус спецшкол, если таковой у них имелся. Сообщалось, что дополнительные предметы будут стоить по 500 рублей в месяц, кроме иностранного языка, за который придется платить вдвое дороже. Мол, такой эксперимент министерство образования готовится провести в отдельных районах столицы, а, возможно, не только в ней. Просто москвичи узнали об этом раньше всех, по причине наибольшей близости к органам власти.

Данный эксперимент практически копирует ту самую радикальную реформу образования, о которой говорилось выше. В ее рамках планировалось оплачивать из госбюджета всего три урока общеобразовательного минимума в первой половине дня и сделать платными все уроки во второй половине: информатику, труд, физкультуру, иностранный язык и прочие. Также в рамках реформы предполагалось изменить подход к профильному образованию школьников в общеобразовательных заведениях. Вместо привычных уроков УПК учащихся должны вывозить на предприятия, с которыми руководству школ придется подписывать соответствующие договора, и демонстрировать им составляющую тех или иных профессий на местах. С одной стороны, в таком подходе, безусловно, есть своя изюминка. Но с другой, оплачивать 70 процентов стоимости этого нововведения по проекту реформы тоже придется родителям.

Интернет-портал «Завуч.инфо», первым озвучивший информацию о готовящейся реформе, полученную от руководителя одной из школ Ленинградской области, предложил организовать всероссийское родительское собрание, на котором собирался донести до сведения граждан сведения о том, какими нововведениями собирается еще порадовать нас Министерство образования и науки РФ. Однако широкого резонанса это мероприятие не получило, вероятно, ввиду отсутствия на нем желающих раскрыть «великую тайну». Ведь тем же директорам категорически запретили обнародовать доведенную до их сведения информацию даже в собственном трудовом коллективе. Впрочем, эксперты однозначно утверждали, что новая система образования приведет к уменьшению количества полноценных школ в стране.

Особенно болезненно этот процесс отразится на школах обычных, в которых учатся дети небогатых родителей. Нетрудно догадаться, что малообеспеченные граждане не смогут оплачивать большое число дополнительных уроков, и школам придется от них отказываться полностью, за неимением должного числа учащихся, желающих изучать эти предметы. Соответственно, тем детям, которым данные предметы все-таки будут нужны, придется переходить в другие школы. Ну а учебные заведения с недостаточным числом учащихся в дальнейшем могут просто закрыть. Это один вариант развития событий, но есть и другой. Директора спецшкол и гимназий заявляют, что их уже предупредили о том, что в скором времени будет установлен новый лимит на количество учеников. Причем для наиболее популярных учебных заведений этот лимит будет урезан. Вероятно, таким образом чиновники надеются привлечь учащихся в менее популярные школы.

Чем подобное перераспределение обернется в итоге, однозначно сказать не берусь. Но руководители гимназий опасаются, что потеряют лучших учителей, привыкших получать достойную зарплату за счет определенного числа учащихся. Это, кстати, вполне вероятно. Как и то, что образование в России пусть негласно, но упорно готовится стать платным. В марте на портале «Завуч.инфо» участники учительского сообщества опубликовали открытое обращение к президенту, в котором призвали его отказаться от «Национальной образовательной инициативы «Наша новая школа». По мнению учителей, этот документ перво-наперво свидетельствует о том, что в нашей стране собираются официально разделить среднее образование на «элитное» и «обычное». При этом качество «обычного» очень сильно пострадает, так как образование в целом будет существенно зависеть от платежеспособности родителей.

Вот выдержка из обсуждаемого документа о новой школе: «нужны будут новые по архитектуре и дизайну привлекательные школьные здания; современные столовые здорового питания; оснащенные новым оборудованием актовые и спортивные залы; медиацентры и библиотеки; интерактивные учебные пособия; высокотехнологичное учебное оборудование; условия для качественного дополнительного образования, самореализации и творческого развития». Никто не спорит с тем, что все это необходимо школам. Но повсеместное внедрение подобных новшеств учительское сообщество относит к фантастическим планам, которым если и суждено сбыться, то не в обозримом будущем. Не о том сейчас нужно думать – настаивают учителя. Необходимо модернизировать школы, исходя из реальных возможностей, повышать престиж профессии педагога не на словах – на деле. А объявленные в инициативе планы непременно приведут к двухуровневой системе образования (для богатых и бедных), от которой сейчас отказывают практически все страны мира, как от системы, не оправдавшей себя.

Напоследок хочется сказать несколько слов об еще одном достаточно спорном, но уже согласованном со всеми инстанциями учебном эксперименте, который стартует сегодня в 19 регионах России. Предмет под названием «Основы религиозных культур и светской этики» включен в школьную программу для учащихся четвертых классов, но споры вокруг целесообразности его введения не стихают. Большинство родителей (64 процента) в рамках эксперимента выбрали для своих детей не изучение определенной религии, а курсы «Светской этики» и «Основ мировых религиозных культур». В Пензенской области, например, основы православия вообще никто не пожелал изучать. До сих пор не определено окончательно, кто и по каким учебным пособиям должен преподавать новый предмет? Разумно ли возлагать эту задачу на учителей младших классов, которые имеют об «основах» весьма поверхностное представление или лучше привлечь к процессу специалистов, к примеру, выпускников кафедр религиоведения, философии и культурологии?

Открытым остается также вопрос о том, допустимо ли такое вмешательство церкви в светскую жизнь? И я, признаться, сильно сомневаюсь, что итоги эксперимента, какими бы они ни были, дадут на него однозначный ответ. Тем не менее, от введенного жесткой рукой предмета Россия, вероятнее всего, уже не откажется. Как показывает практика, в нынешней системе образования эксперименты все чаще становятся правилом.

Олеся Власова, “Саратовский расклад”- Школа вне жизни