КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



К нам приехал, к нам приехал… Визиты царей, самозванцев, генсеков и прочих первых лиц в Саратов



Автор:  Антон Морван

Мы неоднократно рассказывали о различных известных личностях, имеющих отношение к Саратову, а в этом материале решили составить этакий light-лист визитов в наш город первых лиц государства российского.

Городские земли с царского плеча

Как известно, изначально Саратов был небольшой крепостью — одной из многих, которыми русские цари «столбили» свои владения на берегах «великой нерусской реки» Волги, заселённых преимущественно тюркскими и финно-угорскими народами. Последние, надо полагать, не горели желанием добровольно подчиняться славянским завоевателям. Подданные расширяющейся Московии то и дело учиняли бунты против закрепощения крестьянского люда. Самым известным стало восстание Степана Разина, взявшего Саратов 15 августа 1670 года и установившего в городе казачье самоуправление. «Первые лица» наши лихие палестины предпочитали от греха подальше не посещать и направляли на периферию наместников — воевод, бояр и князей.

«Прорубил окно» в Саратов Пётр I. Историки до сих пор спорят, сколько раз император посещал наш город: в 1695 и 1722 годах или только в 1722-м. Согласно первой версии, молодой Пётр Алексеевич сошёл на наши берега в начале июня 1695 года во время похода 120-тысячного дворянского ополчения к турецкой крепости Азов, целями которого были выход империи к морю и защита «территориальной целостности» государства от татарских набегов. Если верить городским легендам, Пётр побывал на Соколовой горе и, довольный приёмом саратовцев, обещал отдать им «в расположение» все видимые с горы земли и воды. Однако обещанного пришлось ждать пять лет и то после дополнительного прошения: в 1700 году Пётр I пожаловал грамоту об отводе Саратову 298 763 десятин на луговой и нагорной сторонах Волги «на выпуск и на табунные выпуски, и на сенные покосы, и на лесные угодья».

Впрочем, у версии посещения Петром I Саратова в 1695 году есть и противники. Они утверждают, что в записях «Юрнала в путном шествии», который царь во время похода 1695 года вёл собственноручно, про наш город говорится, что 3 июня «в 10 часу проехали реку Курдюм — впала в Волгу с правой стороны; в 5 часу проехали город Саратов». То есть проехали, а вовсе не пристали к берегу.

Зато, благодаря запискам шотландского путешественника Джона Белла, свидетельства, что спустя более четверти века Пётр I ступил на саратовскую землю, сохранились. В 1722 году он, направляясь в поход на Персию, в сопровождении жены Екатерины, генерал-адмирала графа Фёдора Апраксина, дипломата Петра Толстого, кабинет-секретаря Алексея Макарова и упомянутого уже Джона Белла, совершил путешествие по Волге. 20 июня царская флотилия бросила якоря у саратовских берегов. Одной из целей двухдневного визита главы государства стала встреча с 76-летним калмыцким ханом Аюкой, семитысячное войско которого Пётр хотел использовать в персидском походе. К встрече с ханом царь подготовился загодя. Ещё 14 июня саратовским кабацким бурмистрам было указано отпустить на войско Аюки 200 вёдер вина и 15 пудов табака. 21 июня царь позвал калмыцкого хана с женой к себе на галеру «откушать». Как упоминается в записках Джона Белла, Пётр и Екатерина подарили Аюке золотую саблю, а его жене — золотые часы с бриллиантами и драгоценные камни. В свою очередь предводитель калмыков велел своим подопечным в знак уважения встать в круг и пустить вверх стрелы, которые, упав, образовали круг, символизирующий единство.

Гостеприимство для предводителя восстания

В 1774 году высокопоставленным визитёром в Саратов стал царь не настоящий, а выдававший себя за Петра III Емельян Пугачёв. Вполне возможно, предводитель крестьянской войны 1773-1775 годов бывал в нашем городе и раньше, когда вынужденно жил в Мечетной слободе (ныне — город Пугачёв). Тем не менее, после осады Оренбурга и успешного взятия Саранска и Пензы все ожидали, что Пугачёв пойдёт на Москву, но вместо этого он повернул верные ему войска на юг и 4 августа 1774 года взял Петровск, а 6 августа 8 пушек выстрелили по окруженному Саратову со стороны Соколовой горы, но большинство снарядов не перелетело дальше Глебучева оврага. Восставшие теснили город. Командовавший батареей прапорщик Соснин закричал, чтобы открыли Царицынские ворота. Это было сделано, и вся команда Соснина, перейдя к пугачевцам, устремилась с ними в город. «Мятежники, овладев Саратовом, выпустили колодников, отворили хлебные и соляные анбары, разбили кабаки и разграбили дома. Пугачев повесил всех дворян, попавшихся в его руки, и запретил хоронить тела; назначил в коменданты города казацкого пятидесятника Уфимцева и 9 августа в полдень выступил из города», — пишет А.С. Пушкин в «Истории Пугачёва».

Саратов сдался Пугачеву без боя. Более того, жители не просто не сопротивлялись самопровозглашённому самодержцу, но встретили его войско с колокольным звоном. Сам же Пугачёв организовал свою «ставку» под Саратовом в Улешовской слободе, где простоял три дня, а затем, увеличив армию за счёт саратовцев, отправился вниз по Волге. Вскоре пугачёвский бунт был подавлен, но отряды, сформированные на саратовской земле, продолжали борьбу.

В последующие годы цари к нам не спешили. Император Александр I, после обещания нанести визит в Саратов, так сюда и не доехал, хотя тогдашний губернатор Алексей Панчулидзев велел привести город «в должную опрятность и чистоту». Губернский чиновник Попов позже вспоминал, что Саратов после всех приготовлений «нарядился в какую-то разнообразную пестроту».

Культурная программа для царя-освободителя

Следующим после Петра I «легитимным» императором всея Руси, посетившим Саратов, причём два раза, был Александр II. Правда, впервые будущий царь-освободитель приезжал к нам, ещё будучи 19-летним наследником престола. Визит состоялся 27-29 июня 1837 года, после того как его отец, император Николай I, отправил сына путешествовать по России – «узнать Россию, сколько сие возможно, дать себя видеть будущим подданным». Как рассказывает краевед Евгений Максимов, маршрут поездки составлял около 12 тысяч верст, «чтобы обозреть Россию от Смоленска на западе до Сибири на востоке и до Елизаветграда на Украине». Вместе с наследником Россию обозревали поэт Василий Жуковский, ученый географ Константин Арсеньев, полковник Семён Юрьевич, а также адъютанты, лейб-доктор, знатные товарищи-офицеры и многочисленная группа обслуживания.

Утром первого дня в Саратове, во время литургии, наследник посетил кафедральный собор, затем побывал в лазарете конно-артиллерийского резерва, в мужской гимназии, Александровской больнице и богадельне. Состоялся обед у губернатора Иллариона Бибикова, а вечером по случаю прибытия августейшей особы был устроен бал. 28 июня будущий царь посмотрел выставку «достижений» земли саратовской, где демонстрировались пшеница, манная крупа, сарептская горчица, шерсть, произведённая на заводах местных купцов и промышленников, пеньковые изделия, табак, сарпинка, ковры etc. «Наследник выставкой остался доволен и купил кусок сарпинки фабрики братьев Шехтель и колокольцовскую шаль за 1 000 рублей», — сообщает Максимов.

После выставки свита отправилась на смотр конно-артиллерийского резерва, состоявшийся за городской чертой, на пустыре перед губернаторской дачей — месте, где теперь Ильинская площадь. Затем были Крестовоздвиженский женский монастырь, визиты в тюремный замок и Спасо-Преображенский мужской монастырь, а также участие в артиллерийских учениях, проходивших за городом неподалёку от московской дороги. После обеда с артиллеристами Александр поучаствовал в катании на лодках по Волге, а 29 июня в 6 часов утра под колокольный звон всех церквей направился в Пензу.

Второй раз царь-реформатор прибыл в наш город 31 августа 1771 года. Остановку в Саратове царь сделал по пути на Кавказ. К его приезду местные власти выкрасили дома и заборы, починили мостовые и развесили флаги. На углу улиц Никольской (Радищева) и Большой Сергиевской (Чернышевского) воздвигли Триумфальные ворота, через которые губернатор должен был въехать в город. По Никольской улице Александр II, приветствуемый губернатором и городским головой, проследовал в Александро-Невский собор, где архиерей Иоанникий отслужил торжественный молебен. Визит продолжился посещением мужской гимназии и Александровского ремесленного училища, открытого в память спасения императора от покушения революционера, уроженца Саратовской губернии, Дмитрия Каракозова.

Затем царский кортеж отправился в Мариинский институт благородных девиц (ул. 2-я Садовая, 23, ныне здесь располагается средняя школа №95), где глава Российской империи ознакомился с организацией учебного процесса. Затем царь проследовал за город в военные лагеря, где состоялся парад, после которого Александр II побывал в кибитках хана Внутренней Букеевской Орды. Отсюда гости поехали на недавно выстроенный железнодорожный вокзал, с которого менее двух месяцев назад, 3 июля 1771 года, открылось прямое сообщение с Москвой. После осмотра вокзала царь прибыл в Дворянское собрание (ул. Московская, 55; дом не сохранился, на его месте располагается 9-этажное офисное здание). Вечером того же дня пароход «Император Александр II» с императором на борту отправился в Астрахань.

В путешествии Александра II сопровождал его сын — будущий царь Александр III, который к тому времени, как и отец, был здесь уже во второй раз. Впервые он заезжал в наши края двумя годами ранее — летом 1869 года, когда вместе с супругой Марией Фёдоровной и братом, великим князем Алексеем Александровичем, отправился в ознакомительное путешествие по России.

«Избирательный участок» Александра Керенского

Последний российский царь Николай II губернский центр своим визитом так и не осчастливил, зато с нашим городом связано имя Александра Керенского — председателя Временного правительства, пришедшего на смену монархии. В 1912 году, уже скандально известный адвокат (в политических процессах защищал крестьян, разграбивших поместья остзейских баронов, армянских сепаратистов, туркестанских социалистов-революционеров и пр.), Керенский был избран в IV Госдуму от Вольска. «После возвращения с Ленских приисков я отправился в уездный центр Саратовской губернии город Вольск, где мне предстояло начать избирательную кампанию. До этого я побывал в Вольске лишь однажды, когда приезжал для оформления покупки собственности, дающей мне право баллотироваться на выборах… В Вольске я немедленно установил контакты с замечательными людьми самых различных профессий — судьями, врачами, чиновниками. На предвыборных собраниях я мог говорить свободно, не прибегая к революционной риторике, поскольку мои идеи находили благодатную почву в аудитории… Я был избран депутатом на собрании от курии городских жителей. Соперников у меня не было», — вспоминает позже Керенский в своей книге «Россия на историческом повороте».

Как единственный левый депутат, представляющий интересы губернии, Керенский часто бывал и в столице региона, а в 1915 году его избрали от саратовских обществ потребителей на проходивший в Москве съезд по борьбе с дороговизной.

Доподлинно известно, что в Саратове будущий глава Временного правительства неоднократно посещал два места — Народную аудиторию (ныне — областная научная библиотека на ул. Горького, 40), где выступал с лекциями, а также особняк присяжного поверенного Александра Скворцова на пересечении Воздвиженской и Гимназической улиц (ныне — дом №49 по ул. Григорьева). Как пишут краеведы Виктор Семёнов и Вячеслав Давыдов в книге «Саратов историко-архитектурный», в гостях у Скворцова «за щедрым угощением изящно сервированного стола велись и серьезные политические беседы, и слышался острый анекдот, звучали смех и музыка, а порою накалялись страсти в спорах о будущем России».

Троцкий против Чапаева

После октябрьской революции на политический олимп взошли иные личности. Владимир Ильич Ленин к нам так и не пожаловал (причём ни до ни после октября 1917-го), а вот наркомвоенмор и председатель Реввоенсовета республики Лев Троцкий приезжал. 17 сентября 1918 года его знаменитый бронепоезд прибыл на саратовский вокзал. Троцкий отдал короткий приказ председателю Саратовского губисполкома Антонову-Саратовскому: «Подорвать влияние церкви!». Впрочем, распоряжение о борьбе с религиозным мракобесием было далеко не основной целью визита. Главной задачей наркома стал смотр сил Красной армии, сражающейся в Поволжье с отрядами белогвардейцев. Как пишет правнучка Василия Чапаева Евгения в своей книге «Мой неизвестный Чапаев», в 9:15 утра Троцкий отправил телеграмму Ленину, в которой говорилось: «Докладываю, что прибыл сегодня в Саратов, где был встречен врид. командарма-4 Хвесиным, членом Реввоенсовета-4 Линдовым и чинами штаба. Хвалынск взят частями 4-й армии, согласно заранее намеченному плану, без запозданий. Несмотря на недостатки снабжения, части 4-й армии дерутся превосходно, по отзыву командарма и комиссара. Сейчас направляюсь в Хвалынск».

Из Хвалынска Троцкий поехал в Николаевск (ныне — Пугачёв), где встретился с командующим Пугачёвской бригадой Красной армии Василием Чапаевым. По словам правнучки знаменитого командира, наркомвоенмор прибыл «с огромной свитой и на двух бронепоездах, полностью оснащённых орудием и пушками». В Николаевске Троцкий посмотрел парад войск и решил «навести порядок». Ходили слухи, что он хотел чуть ли не отдать Чапаева под трибунал за то, что тот развёл ненавистную Троцкому «партизанщину». Впрочем, через некоторое время гнев сменился на милость: «Василий Иванович! Все, что я сейчас увидел, чрезвычайно меня порадовало. Хочу выразить вам свою благодарность и наградить вас золотыми часами. Это очень точные и дорогие часы. Швейцарские. А дружное войско крикнет по этому поводу троекратное «Ура!». Товарищи бойцы! Только что мы просмотрели ваш замечательный парад. Надо сказать, что провели вы его просто отменно. И в первую очередь это заслуга вашего замечательного командира».

Правда, благодарность была лишь дипломатическим жестом. После этого нарком объявил, что решением командования армии Чапаеву поручается создать новую, Вторую Николаевскую, дивизию. Причём создать за два-три дня, что в условиях военного времени было сверхзадачей, с которой Василий Иванович, впрочем, справился, но весьма большой ценой. Направленная на восток, дивизия Чапаева столкнулась с полным игнорированием просьб об оказании технической помощи со стороны верного Троцкому командования IV армии.

Сталин и городские легенды

Судя по всему, в период гражданской войны бывал в Саратове и Иосиф Сталин, в 1918 году участвовавший в обороне соседнего Царицына. К сожалению, точных данных не сохранилось. Известно лишь, что уже во время Великой Отечественной войны на одном из приёмов Сталин внезапно спросил первого секретаря Саратовского обкома ВКП(б) Павла Комарова: «Скажите, товарищ Комаров, а брусчатая мостовая в Саратове сохранилась?». Очевидно, отец народов имел в виду улицу Астраханскую, вымощенную в конце XIX века серым гранитным тёсом, который уже после Великой Отечественной закатали в асфальт. Одно время о брусчатке ходили разные слухи: то гранит якобы вытащили для строительства Парка Победы на Соколовой горе, то — вообще для ремонта покрытия Красной площади в Москве. Впрочем, мы о другом — о бункере вождя, поисками которого не одно десятилетие занимаются как учёные, так и диггеры. По одной из версий, опубликованной в газете «Русский курьер» в 2007 году, в 1942 году Государственный комитет обороны СССР выпустил постановление о сооружении силами Московского метростроя специального командного пункта государственного значения на южном склоне Соколовой горы: «В случае осложнений во время войны бункер мог принять часть госучреждений из Москвы или штаб Сталинградского фронта. Курировали стройку лично Берия и начальник личной охраны Сталина Власик. В итоге в недрах горы на глубине от 2 до 20 м возникло мощное сооружение площадью 20 000 кв. м. Сооружение могло выдержать прямое попадание фугасной авиационной бомбы весом 1,8 т. Из бункера есть два выхода: один ведет к Волге, другой — к аэродрому. В конце 60-х годов бункер законсервировали, все входы в него заварили и вплоть до недавнего времени о нем не вспоминали».

Согласно другой версии, входы засыпали сразу после войны. В начале XXI века специалисты института геологии и геофизики провели электромагнитное зондирование южного склона Соколовой горы, в ходе которого выяснилось, что, действительно, в толще земли имеются признаки наличия искусственного сооружения. Впрочем, эти работы не завершили, зато в конце прошлого года в интернет-журнале «Фокус города» был опубликован материал, в котором некий саратовский диггер Влад заявил, что нашёл бункер Сталина и даже побывал в нём: «Бункер Сталина — самое лучшее, что я видел в своей жизни. Находится на глубине 37 метров… Всё — в прекрасном состоянии».

«Беспривязное собрание» с Леонидом Ильичём

Затем вожди и генсеки долгое время Саратов игнорировали. Паузу прервал Леонид Брежнев осенью 1973 года. Собственно, он был единственным генеральным секретарем ЦК КПСС, совершившим официальный визит в наш город. Из рассказа кинодокументалиста Виля Абузярова, «год был трудный, и поэтому нужно было на месте рассмотреть несколько важных для страны и народа вопросов. Засуха поставила вопрос о спасении от бескормицы скота в шести районах Заволжья. Не уродилась пшеница, сгорело на корню сено. Население ожидал голод. В обкоме собрали актив области, на который и приехал Леонид Ильич».

Самолёт генсека приземлился на авиабазе в Энгельсе вечером. Оператор Абузяров, встречавший в те дни Брежнева вместе с директором саратовского телекомитета Ефимом Кульжонковым, вспоминает, что первыми сели два истребителя и только за ними — правительственный Ил-62: «Подкатили трап с освещенными ступенями. Открылась задняя дверь салона, и по трапу в темноте кто-то стал спускаться. «Снимай!» — скомандовал мне Ефим Осипович. Я нажал на гашетку. Внизу, у трапа, вспыхнула вспышка «спецфотографа» и осветила поцелуй генсека с Шибаевым (первым секретарём Саратовского обкома КПСС. — Авт.)».

Леонида Ильича повезли в гостевые апартаменты партхозактива в Октябрьском ущелье, именуемые в народе «дачей Шибаева». На следующий день, по маршруту следования кортежа Леонида Ильича, на улицу Шелковичная высыпали местные жители. Среди них были учителя и ученики школы №77, в которой тогда в первом классе учился наш коллега и товарищ Дима Иванов. По его словам, жителей Шелковичной, по линии ЖЭКа, обязали в этот день убрать с балконов бельё. Брежнев велел остановить кортеж и, открыв окно правительственного лимузина, помахал рукой собравшимся.

Генсек направлялся в обком, где в тот день проходило совещание с партхозактивом области, на котором Шибаев отчитывался о борьбе с последствиями засухи и строительстве оросительных систем. Затем выступил и сам Брежнев. Вот что об этом говорит Виль Абузяров: «Три часа продолжался доклад генсека по вопросам партийного строительства. Без бумажек и суфлёров. Он немного картавил, справа на кадыке у него был шрам от осколка. Оговорился он только один раз, когда рассказывал о беспривязном содержании скота, — назвал его «беспривязным собранием», и это вызвало простодушный смех в зале. Сосредоточенные референты писали его доклад на диктофоны. Все происходящее должно было транслироваться на страну и привести к каким-то если и не историческим, то все равно важным решениям». По воспоминаниям оператора, после совещания генсека в Саратове из Прибалтики в Заволжье привезли солому и сено для скота, а для жителей области — картошку из Польши и мясо из Аргентины. «В магазины доставили даже костюмы из Парижа. Я один такой купил за 140 рублей — больше половины зарплаты», — рассказывает Абузяров.

Ельцинский триптих

Первый президент России Борис Ельцин бывал в Саратове трижды: два раза в должности главы государства, и один — уже будучи на почётной пенсии.

Первый раз — в самом начале 1992 года, дабы разобраться с войнами местных кланов, а также со сторонниками и противниками восстановления на территории области расформированной в 1941 году Республики немцев Поволжья. Новый субъект федерации на карте страны так и не появился, зато через месяц после визита на смену формальному руководителю региона, председателю областного совета народных депутатов Николаю Макаревичу, пришёл новый и.о. главы администрации области — Юрий Белых, назначенный на эту должность росчерком президентского пера.

Вторая поездка Бориса Николаевича в Саратов состоялась в конце августа 1997 года, когда с лёгкой руки Дмитрия Аяцкова в регионе шла подготовка к празднованию 200-летия Саратовской губернии. Год для Дмитрия Фёдоровича был триумфальным — в области собрали 6 миллионов тонн пшеницы. К тому же, в 1997-м губернатор отметился идеей строительства международного аэропорта на Казачьем острове. Руководство региона ещё не дошло до апогея эпатажного прожектёрства (о проведении съезда проституток и обещании пересадить областных чиновников на велосипеды стали говорить позже), но вполне возможно, что именно этот визит Ельцина вскружил Дмитрию Фёдоровичу голову. Ведь вскоре президент заявил, что если бы половина субъектов федерации были такими, как наш регион, Россия была бы другой.

В августе 2002 года уже бывший президент Ельцин приехал в Саратовскую область в третий раз: остановился на базе отдыха в Чардыме, где, помимо общения с бывшим фаворитом Аяцковым (который в тот момент терял позиции, и поддержка со стороны экс-президента, ещё имевшего влияние на своего преемника, Владимира Путина, была крайне необходимой), рыбачил и катался на катере по Волге.

Путин, Медведев и скотина

Поднявшись на федеральный политический олимп, Владимир Путин впервые оказался в Саратовской области в июне 1999 года в должности начальника ФСБ. Целью его визита стало участие в I конференции по международному антинаркотическому сотрудничеству, запомнившейся многим саратовцам устроенным на Театральной площади аутодафе чучела, символизирующего наркоманию. А уже будучи президентом РФ, прибыл в наш регион 30 сентября 2004 года, проведя в Саратове заседание Госсовета на тему «Вклад высоких технологий в развитие агропромышленного комплекса». В рамках визита, Путина повезли на тогдашний флагман аяцковского агропрома – агрофирму «Николаевская», слывшую в те времена главной потёмкинской деревней региона. Как водится для высокопоставленного гостя, президенту показали и достижения – комбайны, трактора, другую технику, которая использовалась сельхозпредприятиями области. А ещё перед государевыми очами предстала скотина, с которой глава государства небезуспешно попытался вступить в контакт. Вот что об этом сообщалось в газете «Известия»: «На «Николаевской» Путина встречали американские поросята породы Дюрок, выращенные в Аткарске, племенные новоузенские бараны и овцы, верблюдица Анфиса, «Московские» куры и петухи, кони рысистые и тяжеловозные и ещё бог знает какая животина, собранная со всей области. Президенту особенно понравились барашки. Правда, первая попытка погладить белого барана с роскошными рогами не увенчалась успехом – баран дёрнулся, дрогнула и рука главы страны. Но в следующий подход, уже к черному барашку, все получилось. Путин ласково и как-то по-отечески обратился к кудрявому, проговорив что-то вроде «муси-пуси», и дотронулся до влажного носа животного. Хозяева птиц, коней и другой живности быстро рассказывали президенту о достоинствах и недостатках ведения хозяйства».

В 2004 году оппозиция уже поступательно раскатывалась по асфальту, а всех несогласных начали вовсю прессовать сотрудники региональных УБОПов – полицейских спецподразделений, чьи функции уже в то время (ещё до их переименования в центры противодействия экстремизму) были переориентированы с борьбы против организованной преступности на преследование политических оппонентов правительства. Естественно, не остался в стоне и Саратов, который своим вниманием облагодетельствовал Сам: дабы обезопасить первое лицо от крайне нежелательных выступлений против политики властей, сотрудники саратовского УБОПа ещё за день до прибытия Путина в наши края обзванивали местных «экстремистов» из числа активистов левых движений с настоятельными предложениями не показывать нос на улицу.

Беспрецедентные меры безопасности и показухи были предприняты чиновниками и во время последнего визита Владимира Путина в Саратов, состоявшегося в начале апреля прошлого года. В Энгельсе (а президент прилетал на военную авиабазу на левом берегу Волги) наступила пора экстренного ремонта фасадов домов и прилегающих территорий, а также эра закрытых магазинов,из-за перекрытия дорог сгустились привычные пробки и ДПСные пикеты, из-за каждого куста и подворотни высовывались уши полисменов и мясистые затылки откормленных ФСОшников, а на лавочках в парках и скверах не то прохлаждались не то, напротив, грелись под первыми весенними лучами представители других отрядов верных сынов отечества — борцы с экстремизмом, гебисты и прочие лица в штатском. Прибытие главы государства в наш город было приурочено к совещанию работниками культуры, которое состоялось в старом здании радищевского музея на ул. Радищева, 39. К назначенному времени в Саратов съехались работники «искусств и ремёсел» из разных уголков страны, а к стенам самого здания музея были стянуты многочисленные «довольные горожане», которые в плотном окружении суровых людей в штатском должны были демонстрировать главе государства, недавно взошедшему на третий срок, радость и счастье. Да вот незадача – по своей привычке г-н Путин задерживался. Причём капитально – на несколько часов, которые участники совещания и радостная толпа вынуждены были ждать кто в стенах первого в стране публичного музея, а кто и на подступах к нему. Некоторых «случайных» через кордоны добровольно-принудительных «зевак» всё же пускали (наверное, во время помрачения бдительности). Босхианское зрелище у стен музея можно было наблюдать часов в шесть вечера, когда по улице Радищева шла девушка, разговаривающая по мобильнику и своим видом никак не проявляющая интереса к творящемуся перед ней шабашу ожидания. Когда она поравнялась с шеренгой девиц-охранительниц в штатском платье, те попытались объяснить ей политику партии и правительства, мол, «сюды нельзя, у нас тут мероприятие». Прохожая, не желающая вдаваться в подробности безумия и слушать официозный бред, шла напролом, наверное, восприняв «гопниц» за участниц какой-нибудь бессмысленной, но беспощадной промо-акции или — кто знает? — за представителей церкви свидетелей Иеговы (что, в общем-то, мало отличается от церкви свидетелей «первого лица»). Но тут девушку начали толкать, что со стороны выглядело как какой-то древний ритуал сектантов. Кто-то из «свидетелей Иеговы» схватил её за руку и попытался протащить за оцепление, но осознав безумие происходящего, прохожая с ужасом вырвалась из объятий Ктулху и перебежала на другую сторону. Каким-то чудом в толпе оказались и двое моих товарищей, саратовские гражданские активисты Саша Макаев и Лена Пашкова. Они пришли со свёрнутым чистым листом ватмана, чтобы подразнить стражников. Когда последние, во главе с майором центра «Э» Владимиром Харольским обнаружили в толпе «сие зловредное и антигосударственное сколопендрие», взяли вольнодумцев в кольцо, пригрозив, что, мол, если развернёте даже чистые листы, мы расценим это как «нагнетание непростой внутриполитической обстановки в стране и регионе», и тот час же свезём вас в острог. Не повинтили: апофеоз антитеррористической истерии начался позже…

По иронии судьбы, на вечер, 5 апреля, я вместе с левыми и гражданскими активистами, журналистами и правозащитниками договорился встретиться в кофейне на Первомайской и Соборной (в 200 метрах от оцепленного радищевского музея), чтобы обсудить итоги несостоявшихся ранее одиночных пикетов за выборность губернаторов. Окрестность и без нас была исполнена мрачными топтунами, а тут, когда совсем рядом с «первым лицом» собрался почти весь цвет местных экстремистов, от которых нужно было срочно спасать дорогого Владимира Владимировича. В общем, когда мы стали расходиться, то на входе в кофейню обнаружили целый отряд разномастных погононосителей — от центра «Э» и ФСБ, до УМВД по Саратову. Человек 15-20 сверлили нас казёнными двустволками свинцовых глаз, подозревая нечистое. Рутинную работу поручили полисмену из городского УВД Дмитрию Саранцеву — неплохому, в общем-то, и по-своему интеллигентному полисмену с рокенролльным прошлым. В то время, как отряд меднолобых и неготовых к «конструктивному диалогу» борцов за спокойствие «первого лица» молчаливо созерцала происходящее, Саранцев заявил, что «в рамках антитеррорнистической деятельности мы должны проверить ваши документы», что и сделал, переписав наши паспортные данные на сложенный вчетверо листок бумаги А4.

Оцепление на Радищева 5 апреля не сняли даже после 10 вечера. Люди с печатью государственной ответственности на лицах сообщали прохожим, что ходить рядом с радищевским музеем не положено, ибо опять же «у нас тут мероприятие». Ну а небольшая толпа «зевак», уже пятый час ждала возможности увидеть «первое лицо», зачислив себя таким образом в церковь его свидетелей.

Примерно аналогичные меры были предприняты и во время визита Дмитрия Медведева в Саратов в начале сентября 2010 года — скопление разномастных силовиков на каждом углу, закрытые учреждения сферы услуг и разнарядки изменить ценники в магазинах, куда должен зайти глава государства. В рамках своего визита, 2 сентября позапрошлого года Медведев провёл заседание президиума Госсовета по регулированию внутреннего рынка, посетил племзавод «Трудовой», садовое товарищество, молочный и мясной комбинаты, ознакомится с ходом уборки бахчевых культур в Марксовском районе, где откушал местный арбуз, а также встретился с тогдашним губернатором области Павлом Ипатовым. Во время беседы с Ипатовым, Медведев заявил: «Я посмотрел цены и увидел, что они в пять раз ниже, чем в Москве». В свою очередь столичные власти, после визита президента в Саратов поспешили заявить, что московские цены отличаются от саратовских на 10-25%, а не в пять раз. Руководитель департамента потребительского рынка и услуг Москвы Владимир Малышков в частности заявил, что цены на городских рынках адекватны и готов это доказать даже главе государства: «Когда из уст президента прозвучало, что цены на отдельные виды товаров в Саратове в 5-7 раз ниже, чем в Москве, я чуть со стула не подпрыгнул. Нет такого!». В то же время СМИ сообщали, что в Саратове в день визита президента закрывали многие продовольственные магазины – чтобы не пугать «настоящими» ценами главу государства, который ранее призвал глав регионов мониторить цены на продукты, систематически посещая продуктовые магазины и рынки, и наказывать тех, кто причастен к спекуляциям.

Во второй раз Дмитрий Медведев прибыл в Саратовскую область на излёте своего срока – 21 февраля этого года. В Саратове он не показался, ограничившись посещением ЗАТО Светлый в Татищевском районе. В ходе своего визита он принял участие в церемонии заступления полка РВСН на боевое дежурство и вручил государственные награды военнослужащим, а также провёл встречу с командирами ракетных полков и министром обороны Анатолием Сердюковым «за чашкой чая». В ходе визита Медведев сделал ряд дежурных заявлений о взаимоотношениях России и НАТО и о росте денежного довольствия военнослужащим.

В последний раз Медведев был в Саратовской области совсем недавно – в сентябре этого года, когда из-за бездорожья не смог добраться до свинофермы. Впрочем, нет надобности пересказывать эту свежую историю, которая у всех на слуху. Тем более свой недавний визит г-н Медведев совершил уже не в должности первого лица страны.

Источник: Журнал Общественное мнение №10(157), октябрь 2012 г.

http://www.om-saratov.ru/article/detail.php?SECTION_ID=247&ID=33021