КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Как у людей и даже лучше



Все в этом мире относительно, сказал один мутный мужик, но загнул по этому поводу такую теорию, что его никто не понял. Мы всё объясним на пальцах. С начала нового тысячелетия не утихают споры, считать ли Гадюкино столицей Поволжья, культурной столицей или просто городом ничего себе. Софисты, которых по ошибке выпустили за границу, спешат привести в пример Париж и Токио. Какие там дороги, какие магазины, какая чистота. И это, конечно, не тот фон, на коем преимущества нашего города предстанут во всей красе. Так поищем другой!

Кто не верит, что в Гадюкине все хорошо, может разыскать жителя глубинки, которого на той неделе покусала бешеная куница. Пошел в курятник, а там — оно. Бешеное и злое. Стремящееся перекусать всех, кто не желает разделить его мысли о справедливости итогов последних выборов в заксобрание региона.
Теперь выйдите на любую гадюкинскую улицу и не смотрите, ровно лежит асфальт на проезжей части или слегка провалился. Бегают бешеные куницы? Никакие не бегают. Есть только белочки в горпарке да те, что навещают граждан, злоупотребляющих допингом. И что — разве нехорошо?
В каком-нибудь Моршанске небось скука, люди друг другу опротивели и даже эсэмэсками не обмениваются. А в Гадюкине пишут письма. Но не банально — конкретному адресату или абстрактно — на деревню дедушке, покусанному куницей, а российскому премьеру, который у нас за почтальона Печкина. Сервер такой. Пишешь конкретному человеку: мол, гад ты и негодяй — а отправляешь премьеру. Чтоб тоже знал. Всем теперь известно, что гадюкинскими самолетами лучше не летать, гадюкинскими автобусами лучше не ездить. При этом общественность видит перемены к лучшему и просит поддержать местную власть, доведшую город до такого прекрасного состояния.
В других регионах страшные истории не изменились со времен пионерского детства нынешних руководителей страны. А в нашей губернии каждую неделю сочиняют новые. Вот на днях был районным начальникам голос: «Не покупайте дорогие иномарки, не покупайте дорогие иномарки…» Но один дяденька не послушался и купил. И сожрало его чудище из бардачка. Шутка. Потому что не сожрало, а сожрет. И не чудище, а целый министр. Да и бардачок наш в уменьшительно-ласкательных суффиксах не нуждается.
Понятно, что всякий районный бугорок не для того становился бугорком, чтоб ездить на «Калине». Но теперь за мотовство обещают журить. Говорят, станут распекать и буквально вгонять в краску за все эти джипы и тойоты. Где еще такое есть, чтоб при огромных долгах чиновники покупали дорогие авто! Но гадюкинцы будут и впредь ездить на «мерседесах», чтоб продолжать оставаться уникальным российским регионом.
В Гадюкине даже самые очевидные вещи проявляются не сразу. Быстро только меховые шапки срывают, а вот умозаключения о семейственности ох как спорны. Ох как они неубедительны! Ну стал, например, Пупкин-сын депутатом областной думы, а Пупкин-старший — депутатом думы городской. Что с того? Никто никого за уши не тянул, если не считать совсем уж золотого детства Пупкина-младшего. Развивались параллельно и независимо друг от друга. Встречались вечерами на кухне у сковороды с жареной картошкой, однако о делах не говорили.
Но тут газеты написали, и факт семейственности стал очевидным. Сын за отца не отвечает, ответил отец за сына. Сдал мандат. Подержал недельку и сдал. О чем это говорит? О том, что в Гадюкине сила печатного слова по-прежнему равняется силе непечатного.
Знаменитый узник Азкабана может сжечь дело, с которым знакомится. К такому выводу пришло обвинение, чье полное собрание сочинений из ста томов хранится, естественно, в единственном экземпляре. Высказывание тянет на оговорку по Фрейду. То есть это они надеются, что тома будут сожжены и тогда придется всё начинать сызнова, а узнику сидеть — не пересидеть.
Но можно и так посмотреть: везде узники мечтают поскорее
выйти на волю, наш же злодей норовит остаться за решеткой подольше. Кайфует человек, оттого что его судьба находится в руках гадюкинского правосудия. Каждой минутой, проведенной за решеткой, дорожит. Но если сидеть на Гадюкинщине — одно удовольствие, то что же говорить про жизнь на свободе!
Даже самый столичный житель мечтает о материальном. Ему подавай дом с удобствами, отдых на море, пиво, открывающееся без открывалки. А вот гадюкинец заботится о пользе ближнего своего, равно как и всего человечества. Закроем ненавистную табачную фабрику! Погрузим на две тележки ее убогое оборудование и вывезем за черту города. Или там три тележки понадобятся? Ничего страшного — две ходки сделаем. Впрочем, можно поступить чисто по-гадюкински — взять и вынести предприятие за черту города, в очередной раз перерисовав карту. И тогда в Риме будет Ватикан, а в Гадюкине — табачная фабрика. Запах, конечно, останется, но это будет запах чужбины. Потому можно ходить и морщиться: «И как они там живут — не понимаю!»
Наконец главный гадюкинский общественник, он же — маленький мук, земли пуп, веселый шут, которому подходят все титулы, состоящие из трех букв, изрек, что электронная книга — то же, что и секс по телефону. Всё знает мощный старец! Всё испытал — телефонные утехи, резиновых женщин, безалкогольные напитки, вставные челюсти. И получается, что призыв читать настоящие книги из его уст — это зов к живой женщине. У вас такой есть? Нету. А в Гадюкине — пожалуйста! Но хорошо это или плохо — спросите у мутного мужика. Только он и объяснит.

Источник: газета резонанс №45 (143) 28 ноября 2012 г.