КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Бесплатный сыр



Автор:  Елена Петрова
Рубрика:  Дикое поле

Процесс в Волжском суде по обвинению организаторов ПО «СаратовМясоМолПром» в мошенничестве идет четвертый месяц. Честно говоря, больше всего вопросов вызывает не троица на скамье подсудимых, а толпы, наводняющие зал суда в любую погоду. «Да, я отдала деньги, но не знаю, почему»; «О компании узнала случайно, ничего про нее не читала, дату заключения договора не помню. Требую вернуть мои деньги, а также веру в добро и справедливость!»; «Мы этого суда ждали восемь лет, а они тратили наши деньги и гуляли на свободе! Сволочи! Сволочи все!» – иногда судья Кучко теряет терпение, и тишину наводит охрана, выдворяя из зала особо раскипятившихся обличителей.

Первый шаг

1 905 потерпевших, сотни миллионов рублей установленного ущерба. Кто в этой драме Сергей Белостропов? Местечковый злодей, неисправимый аферист или талантливый бизнесмен, уже не единожды плативший собственной свободой за страсть к «большой игре»? Отпетый мошенник с удобной наклейкой, идеальная мишень для всяческого негатива или фигура слишком сложная, чтобы бить наотмашь? Даже вспомнив все этапы «героического» пути, выставить оценку нелегко…

Этот человек начинал свой путь в бизнесе как многие российские предприниматели первой волны – с фарцовки и тюремного срока за спекуляцию. Перепродажа видеокассет и видеомагнитофонов в глазах борцов с нетрудовыми доходами выглядела тяжким грехом и полностью перечеркивала мирные занятия будущего сокрушителя капиталов. Сергей в 17 лет уже стал председателем клуба филофонистов, был первым президентом саратовского рок-клуба, директором самого первого в Саратове Молодежного центра, созданного при Кировском райкоме комсомола, директором Дома архитекторов. Все это не помешало ему получить от советского строя 6 лет «зоны», которые он провел в колонии усиленного режима.

Вернувшись на свободу, Белостропов создал с сокурсниками из Саратовского государственного университета акционерное общество «Саратовская торговая компания», одним из учредителей которого являлся комитет по управлению имуществом Саратова. Общество активно занималось импортом и торговлей. Белостропов не скрывал, что успешному развитию бизнеса способствовали знакомства с руководителями города и связи с криминальными авторитетами по зоне. В то время бизнесмен обладал значительными активами, в их число входил контрольный пакет акций универмага «Людмила» на ул. Московской. Впрочем, уже тогда Фортуна проявила свое непостоянство: набрал кредитов в банках, с долгами не справился, бизнес пришлось отдать кредиторам, а самому уехать в Москву работать по найму на «Хард-банк», ныне ликвидированный.

В то время нравы в бизнесе были еще проще, чем сегодня. Пока коммерсант был в Москве, его 57%-й пакет акций универмага «Людмила» переписали на других людей. Как только Белостропов начал интересоваться пакетом – тут же оказался в СИЗО, на сей раз по обвинению в мошенничестве. Якобы как акционер он взял кредит, хотя акций уже не имел. В суде выяснилось, что на тот момент предприниматель еще был акционером, но это не помешало осудить его за использование кредита в личных целях … В «сухом остатке» – восемь месяцев СИЗО и еще одна судимость.

Облпотребсоюз

В конце бурных 90-х было принято решение о возрождении потребительской кооперации, которая в Саратовской области находилась в полуобморочном состоянии. Саратовскому Облпотребсоюзу срочно потребовались люди с коммерческой хваткой, потому Белостропова, невзирая на его «послужной» список, взяли в одно из потребительских обществ на должность заместителя председателя правления. Надо сказать, что возрождение потребкооперации было еще и политической задачей, ведь возглавлял Облпотребсоюз брат губернатора Аяцкова Владимир Титаев.

Нужны были быстрые результаты и нестандартные подходы, так что Белостропов пришелся, что называется, ко двору. Вскоре он перешел в центральный аппарат Саратовского облпотребсоюза, где активно занялся ценными бумагами и взаиморасчетами с областным бюджетом. Но ярче всего проявил себя на Энгельсском мясокомбинате, чьи руководители, не справившись с грузом долгов, обратились за помощью в Облпотребсоюз. Некоторые направления бизнеса энгельсского предприятия – производство тушенки, колбас и гематогена – еще имели хорошую перспективу, но нужно было отрубить бороду многолетних долгов. Белостропов «кидает» акционеров и кредиторов, оставляет ни с чем бюджет, но зато новые юрлица начинают жизнь с чистого листа. Потом в прессе писали, что имущество комбината было внесено в уставные капиталы нескольких вновь созданных обществ, акции которых через фирмы-«однодневки» вывели в неизвестном направлении. Зато бизнес очистился от древних долгов, и если бы в итоге на руинах советского гиганта возникли дееспособные предприятия, никто бы в Белостропова не кинул камень. Ведь победителей, как известно, не судят.

Поначалу новорожденным предприятиям пришлось туго – банки не давали кредиты, оборотных средств не хватало. Но Белостропов и тут нашел выход: вспомнил о преимуществах потребительской кооперации, которая позволяла заимствовать для осуществления своей деятельности денежные средства не только у пайщиков (участников) потребительских обществ, но и у граждан. Он инициирует открытие потребительского общества «Энгельсский мясокомбинат», пайщиками которого стали созданные на базе имущества старого мясокомбината АО. В СМИ появляется реклама общества, привлекающего средства граждан под хорошие проценты. Люди несут деньги, а Белостропова не смущает тот факт, что некоторые займы предоставлялись на короткий период – ведь общая масса привлеченных средств не снижалась, а увеличивалась за счет переоформления займов на новый срок и привлечения новых «вкладчиков».

Решает бизнесмен и проблему сырья. Он предлагает руководителям Алгайского, Озинского, Вольского, Базарно-Карабулакского мясокомбинатов заключить «брак по расчету»: спасает от кредиторов и дает в их распоряжение деньги, а они «отдают» имущество.

Жизнь, кажется, налаживается. При Белостропове в стенах ЭМК начинают делать вполне приличную тушенку, люди вспоминают вкус настоящей сырокопченой колбасы – благо, бизнесмен отстраивает и систему сбыта. За этим, потирая руки, следит начальство из Облпотребсоюза, которому очень хочется возглавить процесс, получить славу и дивиденды с налаженного бизнеса.

Начинаются конфликты, так что спасенные мясокомбинаты сами становятся соучредителями другого ПО – «СаратовМясоПром», которое начинает активно конкурировать с ПО «Энгельсский мясокомбинат», а это не нравится руководству Облпотребсоюза. В итоге с Энгельсского мясокомбината бизнесмена «уходят» по собственному желанию, причем по негласному соглашению он не претендует на активы Энгельсского мясокомбината, а тот не лезет в «СаратовМясоПром».

Свободное плавание

Без Белостропова бизнес у новых начальников «Энгельсского мясокомбината» как-то не задался. Пришлось «номенклатурным» кооператорам на собственном опыте убедиться, что речи с трибун толкать это одно, а реально работать – другое. В итоге через пару лет проблемы вкладчиков ПО «Энгельсский мясокомбинат» разруливала прокуратура. История же белостроповских обществ была куда замысловатее.

«СаратовМясоПром» переезжает из здания Облпотребсоюза на ул. Соляную, 4 и рвет все связи с этой организацией. Однако Белостропов начинает опасаться «кидалова» со стороны старых партнеров и, втайне от всех, создает совершенно новое общество. Он использует как повод вхождение в ПО «СаратовМясоПром» Ртищевского молочного комбината и регистрирует абсолютно новое юридическое лицо ПО «СаратовМясоМолПром». Это откровенная афера – схожесть в названии предполагала, что абсолютно новое юридическое лицо с добавлением словечка «Мол» будет восприниматься как старое; в нее он не посвящает даже самих директоров предприятий, которым в «рабочем порядке» подсунули на подпись учредительные документы юристы. Как позже выяснили следователи, подписи некоторых директоров-пайщиков при учреждении нового ПО были выполнены другими лицами. Вкладчики старого ПО не подозревали, что новые договоры подписывают с новым юридическим лицом; при этом граждане даже не забирали деньги из кассы, а только формально переоформляли документы. За счет этого юрлица и были исполнены обязательства перед гражданами «старого» общества. Белостропов потехи ради даже переименовал старый «СаратовМясоПром» в «Ромашка777». Именно лепестки от «ромашки» получили бывшие партнеры по бизнесу из Облпотребсоюза, когда попытались арестовать счета ПО…

Но для Белостропова свобода рук, в конечном счете, вышла боком. На пике формы «СаратовМясоМолПром» жонглировал сотнями миллионов рублей, начиная по прихоти своего босса все новые проекты, при том что мясокомбинаты давно превратились в черную дыру, пожирающую миллионы без всякой отдачи. Среди проектов Белостропова были очень удачные, связанные с недвижимостью, которую он продавал на растущем рынке в разы дороже, чем приобрел, но сверхдоходность, обещанная вкладчикам, превращала любой его бизнес в русскую рулетку.

Начало конца

И выстрел грянул. Им стало интервью начальника ГУ Центробанка по Саратовской области Юрия Зеленского одной из саратовских газет, где он сравнил «СаратовМясоМолПром» с компанией «Тибет», обобравшей доверчивых граждан еще в начале 90-х. Паника вспыхнула среди вкладчиков ПО, как лесной пожар. Сотни людей потребовали назад свои средства, бросились досрочно расторгать договоры. Такого вала не выдержит ни один банк, как это признавал и сам Зеленский; не выдержало и потребительское общество, ликвидность активов которого была далека от идеальной. Начались суды, аресты счетов и имущества пайщиков, что окончательно парализовало всякую хозяйственную деятельность ПО. Судьи Волжского районного суда вынесли сотни решений по заявлениям граждан с весны 2004 года. Директора предприятий пайщиков, почувствовав «запах крови», сами стали разворовывать вверенное имущество, приобретённое на деньги вкладчиков.

Некоторую надежду пострадавшим гражданам на частичную выплату вкладов сегодня дает арест имущества трех начальников пирамиды – Котова, Нефедова и Белостропова, обвиняемых в мошенничестве в особо крупном размере. В том числе под арестом находится дом на ул. Соляной, 4, как и имущество Белостропова в одном из волгоградских сел в виде домиков, которые он сдает в аренду рыбакам и охотникам.

Однако не так давно возле дома на ул. Соляной, 4, который неплохо послужил бы пострадавшим вкладчикам, вовсю орудовала тяжелая техника. Ее дал областной депутат и строитель Леонид Писной, дабы судебные приставы скорее исполнили решение суда и снесли с лица земли пристройку на Соляной, 4, а под шумок и основное здание. Чем и кому не угодила пристройка – рассказ ниже. А пока вспомним комментарии в СМИ, которыми сопровождался этот процесс: «бизнесмен с неоднозначной репутацией», «строитель пирамиды, из-за которой пострадали сотни человек» и т.д. и т.п. Сразу видно, что коллеги по предпринимательскому классу видят в Белостропове маргинала, застрявшего в 90-х, жулика-неумеху, так и не научившегося жить, не наступая на грабли.

Вот братья по разуму умеют, а потому гордо гуляют в калашном ряду, рассовав скелеты по шкафам и демонстрируя миру заводы, газеты, пароходы и депутатские значки. Но сколько бы сегодня они ни задирали нос, а нравы и понятия многих из них памятны тому же Белостропову еще с 80-х, когда он работал в Клубе железнодорожников возле Горпарка.

Большая разница

Слов нет, они, хозяева жизни, лучше Белостропова. Вопрос – в чем? С точки зрения этих приматов, хорошо и правильно отнять у ослабевшего собрата последнее. Штурм пристройки силами бронетанковой дивизии Писного Л.А. имеет, как уверяет сам Белостропов, следующую подоплеку. Задумал он сделать пристройку к домику на ул. Соляной, да вот незадача: в соседях у бизнесмена оказался целый областной депутат, да еще и очень влиятельный – Сергей Георгиевич Курихин. Сначала они даже совместно разработали проект строительства многоэтажного дома, который протянется от самой ул. Московской до Соляной по ул. Лермонтова. Но тут попросили Белостропова в подтверждение дружбы подарить часть земельного участка Сергею Курихину. А когда Белостропов отказался, начались угрозы. Белостропов по этому поводу подал заявление в милицию, но оно там потерялось.

Зато вдруг встрепенулась прокуратура Волжского района, сразу усмотревшая в затеянной Белостроповым реконструкции нарушение интересов неограниченного круга лиц. Ее даже не смутил тот факт, что земля у предпринимателя в частной собственности, проект со всеми согласован, разрешение на строительство выдано. Но Волжский суд это никак не убедило: он признал строительство самовольным и нарушающим права все того же неограниченного круга никому не ведомых физиономий. Так возникла у Белостропова обязанность снести данную пристройку. А чтобы дело двигалось, вестником прогресса выступил Леонид Писной – строительный магнат, депутат и друг г-на Курихина. Дал Писной технику для сноса, и она порезвилась на славу в тесном уголке, вплотную к жилым домам. Такой поспешный, хотя и геройский снос говорит о том, что недруги очень спешат провернуть все, пока решение суда в силе и не отменено – ведь по утверждению юристов правовая база под этим решением очень хилая.

Тем временем атмосфера в суде, где судят руководителей пирамиды, раскаляется. Требования посадить виновных за решетку, а лучше расстрелять без суда и следствия, раздаются особенно громко. Параллельно некоторые СМИ с особым жаром расписывают «ужасы», творившиеся на белостроповской «самоволке». Сам злодей начинает мрачно размышлять, почему все, что он строит, особенно на кредитные деньги, рассыпается в прах, а если что и растет, то только длительность походов на нары. Вот на сей раз маячит десятка.

Но коммерсант и на этот раз не сдался. Он написал открытую жалобу уполномоченному по защите прав предпринимателей при президенте России Борису Титову, после чего омбудсмен направил письма с напоминанием про необходимость соблюдать закон в адрес прокуратуры и судебных приставов. А окружной арбитражный суд в Казани в решении по иску белостроповского ООО «Надежда» к администрации города, которая отказалась выдавать бизнесмену градостроительный план на Соляную, 4, признал незаконным не только отказ в его выдаче, но и потребовал отмены ряда пунктов самого регламента МО г. Саратов по выдаче градостроительных планов. При этом стоит обратить внимание, что все суды Белостропов в Саратове проиграл. Градостроительный план – очень важная бумага, без нее не сделать проект и не получить разрешение на строительство, однако регламент отчего-то предписывал выдавать градплан только после полного расселения застроенного участка. То есть инвестор должен сначала расселить площадку на свой страх и риск и только потом узнать, что же он может на ней построить. В общем, для коррупции раздолье и куча бонусов для тех, кто имеет доступ к инсайду и может получить столь нужную информацию без всяких регламентов.

И кажется все чаще, что скандальный делец, «мошенник», обчистивший не одну сотню наивных граждан, играет в нашей жизни роль индикатора всяческих пороков и несовершенств. Чуть где заводится прореха – хоть в законодательстве, хоть в здравом смысле, как тут же возникает человек с обаятельной улыбкой и цепкими глазами. И предлагает заварганить ошеломительный бизнес, ничего не делая, рубить нехилые проценты и т.д. Обалдевшая публика, забыв, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, бросается к приманке. Щелк! Ну а уж история с регламентом и градостроительным планом – это и вовсе поэма. Даже представить страшно всю бурю негодования должностных и прочих лиц, лишившихся замечательной кормушки. Но почему-то об этом ни буквы не написали газеты известных в городе политиков.

Ничего. Не за горами день, когда суд вынесет решение, и добропорядочным бизнесменам не придется, чтобы вразумить какую-то паршивую овцу, применять тяжелую артиллерию в виде авторитетных – во всех смыслах этого слова – областных депутатов и их зубодробительных машин.

Пару слов скажем и о «процессе века». Почему в нарушение закона об охране персональных данных эти самые данные о 1 905 человеках стали достоянием гласности в рамках расследования уголовного дела? Паспортные данные вкладчиков, информация о месте жительства и регистрации, сведения о суммах, вложенных в потребительское общество, должны охраняться законодательством. Но с этим вопросом у судебно-правоохранительной машины большой напряг, коль скоро детали договоров, которые граждане заключали с обществом, стали во время следствия известны всем вкладчикам, подозреваемым и их адвокатам. К тому же за многие годы следствие так и не потрудилось отделить тех, кто несколько лет получал по 40% годовых и давно перекрыл вложенную сумму, от тех, кто вскочил в уходящий поезд и реально все потерял. И СМИ, расписывая мучения белостроповских жертв, ни слова не говорят о том, что в областном суде прошло уже несколько процессов, благодаря которым наиболее крикливые обличители, заработавшие на ПО, получат от государства по 80 тысяч рублей компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок.

Итак, что в сухом остатке? Не будем предвосхищать решение судьи Кучко. Но уже сегодня понятно, что герой этого текста так и останется фигурой на переломе между безбашенным капитализмом 90-х с его фантастическими возможностями и олигархической эпохой, в которой регламентировано все: от подношений вертикали до размаха кутежей. Шансы 90-х казались бесплатным сыром, но именно Сергею Белостропову платить приходится за все. Казнокрады и монстры коррупции гуляют на свободе, а человек, не взявший ни копейки у государства, получит клеймо и ярмо. Как и положено в эпоху крыс и мышеловок.

P.S. Пока номер готовился к печати, стало известно, что в рамках уголовного дела по «МясоМолПрому» арестован земельный участок по улице Соляной. Таким образом, заинтересованные лица добились желаемого результата и теперь через «обманутых» вкладчиков заберут лакомый кусок для собственных нужд.

Источник: журнал Общественное мнение №2(161), февраль 2013 г.

http://www.om-saratov.ru/article/detail.php?SECTION_ID=251&ID=36064