КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



В области должен быть один хозяин



Печать

За все в жизни надо платить. За глупости и за удовольствия. За тихое безумие. И за безумные радости. За несбывшиеся мечты тоже. Короче, Господь все видит. Нужно платить и за то, что город превращается в помойку, за то, что вырубаются зеленая зона города, за то что бизнесмены уже в качестве анекдотов говорят оо алчности саратовских градоначальников даже на федеральном уровне. Нужно заплатить за вертолеты и пароходы. За то, что нынешнему главе силовики уже  даже не намеком светят гораздо более того, что получил предыдущий градоначальник и реально отсидел. Пора. Пора платить по счетам.

Чувствуется по всему, Олег Васильевич потерял все точки самосохранения. Сложно представить себе тот уровень государевых чиновников, с которым он не вступил в конфликт. Ну да ладно бы силовые структуры. Всегда можно говорить о том, что прокурорские ищут крайних. Но последний конфликт мэрии Саратова с главой областной Думы и с руководителем областного комитета по имуществу перешел уже все разумные границы. У Грищенко очевидно атрофировалось чувство самосохранения и чувство реальности. Совсем недавно он практически публично обвинил в идиотизме главу Саратовской областной Думы, а министра по имуществу Саратовской области назвал попросту вредителем (который по словам мэра и производит сам больший вред Саратовской области).

Все бы хорошо, ежели бы у нас Олег Васильевич был лидером какой нибудь оппозиционной партии. Он имел бы полное право клеймить вредителями областных министров и председателей областной Думы. Но нет, периодически у нас Олег Васильевич вспоминает о том, что он знатный единоросс. И даже апеллирует по поводу прокурорского беспредела к медвежьему съезду. В какой-то момент в голове знатного поднимателя баранов очевидно произошел какой то перещелк. Что то беспросветно сдвинулось в ее шкале ценностей. Ощущение собственной незаменимости и величия вдруг перебило все разумные рамки самосохранения и элементарной порядочности. Как иначе можно отнестись к тому, что в качестве одного из главных своих супротивников он сейчас имеет человека, у которого крестным детей является собственная жена. Как можно было поносить квартиру недруга, в которой он жил месяцами? Как еще по другому можно оценить то, что уверовав в собственное величие он прошел по головам всех самых близких своих друзей и соратников. Как относится к братанием с мэром из-за речки, если делая при обнимашках с одной стороны приличное лицо, с другой стороны давая команду подручным медийно гасить его…

Конечно же бывший сборщик посуды научился говорить грамотно. Он научился говорить слова. Вязать из слов предложения. А из предложений некую речь. Он оказался вдруг обучаем. У него это даже стало получаться лучше, чем у некоторых единороссов. В слова, которые он начал произносить, вдруг начал даже улавливаться некий смысл. Хотя, по большому счету, весь смысл этих слов касается только одного слова – бабки. И когда кто либо покушался на это слово, то тогда Олег Васильевич возбуждался совсем не по детски. По сколько и слово, и сам смысл этого слова, был ему невыносимо близок и знаком.

А у нас в области все таки на зло всем доброжелателям скорее всего наступит стабилизационная ситуация. Губернатор никуда не уйдет, ни в какие Россельхозы и в ближнее время он обязан и должен будет найти нормальный уровень взаимоотношений с областным городом, в котором зарвавшийся сверх всякой меры городской глава тихо сходит с ума в мечтах о собственном губернаторстве. Область уходит, и славу богу, что уходит от подковерных раздраев. В области есть хозяин. И он не нуждается в местечковых хозяйчиках, претендующих на его место.