КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Карнавал разорения



 Материал подготовил Александр СОКОЛОВ

 

 В конце минувшей недели, на заседании совета Саратовской области по инвестиционной политике генеральный директор ЗАО “Олеонафта” Станислав Невейницын озвучил громкий проект. На месте рынка “Привоз” (между улицами Соколовой, Большой Садовой и Университетской) его бизнес-структуры собираются возвести торгово-развлекательный комплекс “Карнавал” площадью 180 тысяч квадратных метров. Вложить в это дело предполагается 6,5 миллиарда рублей. На фоне этого события не лишним будет вспомнить, каким путем бывшие производственные площади ОАО “Саратоврезинотехника” превратились в рынок “Привоз” и кто получил дивиденды от разорения предприятия…

Гигант развлечений?

Для сравнения: общая площадь крупнейшего в Саратове торгового центра “Триумф Молл” составляет чуть меньше 60 тысяч квадратных метров (арендуемая территория – 28 тысяч). Торговый центр “Оранжевый” в Заводском районе расположился на площади 57 тысяч квадратных метров. ТЦ “Мой новый” – в районе кожзавода – немногим превысил 50 тысяч квадратных метров, а площадь ТЦ “Happy Молл” на выезде из Ленинского района – 45 тысяч (с учетом второй очереди, к сентябрю 2014 года территория увеличится до 70 тысяч). Иными словами, если презентованный Невейницыным проект ТРК “Карнавал” будет реализован, то по площади он будет как минимум в три раза превосходить любой из крупнейших ТРК региона.

У проекта уже нашлись несколько критиков. Принципиальную позицию занял глава регионального управления ЦБ РФ по Саратовской области Юрий Зеленский. Он поставил под сомнение экономические расчеты Невейницына, пытавшегося доказать, что налоговые отчисления от ТРК могут достичь полумиллиарда рублей в год. По мнению банкира, казна сможет получить не более 100 миллионов и исключительно в виде отчислений по налогу на доходы физических лиц.

Глава администрации Саратова Александр Буренин в своем комментарии для СМИ также выразил сомнение в целесообразности проекта. При этом он обратил особое внимание на проблему транспортных заторов. Например, появление ТЦ “Триумф Молл” уже создало существенные транспортные проблемы на улице Кутякова. Солидарен с ним и Юрий Зеленский: Вообще, такое гигантское сооружение в центре, например, для европейских столиц – нонсенс. Такие проекты возводятся если не за городом, то, по крайней мере, выносятся из его центра”. Продолжая мысль, банкир отметил: “Мы можем остаться в городе, в котором нельзя будет жить. Этого не должно быть. Не на Майдане, но хоть как-то мы должны высказать свою точку зрения… Это неплохо, что строится, но нужно учесть и интересы горожан”.

Глава Саратова Олег Грищенко в целом по отношению к проекту занял дипломатичную позицию. С одной стороны, он заявил, что поддерживает всех инвесторов, готовых вложиться в развитие областного центра. И в то же время заметил, что, по его мнению, город уже перенасыщен торгово-развлекательными центрами. Так что, возможно, инвесторам было бы целесообразнее задуматься о развитии производственного сектора: Я считаю, что двигатель любого города и субъекта – это создание предприятий, которые будут создавать реальный продукт. Продукт, который будет пользоваться спросом. Это и рабочие места, и производство, и налоговые отчисления. Это вообще широкий спектр всех понятий, необходимых для развития”. Грищенко невольно обратил внимание и на то, что предполагаемый под строительство ТРК земельный участок вообще-то имел промышленное назначение. На нем располагалось крупное предприятие химической промышленности – ОАО “Саратоврезинотехника”.

Пропавшие активы

“Саратоврезинотехника” или, как саратовцы называли его раньше, завод резинотехнических изделий в 2001 году отметил свое 60-летие. В 1941 году это был эвакуированный перед самой блокадой Ленинграда завод.

До начала двухтысячных предприятие занималось производством продукции оборонного назначения. А кроме этого здесь создавался широкий ассортимент продукции массового спроса: полиэтиленовая пленка, шланги, ведра, корзины, ремни. Поставлял завод свой товар и для сельского хозяйства региона, а также комплектующие – в частности, элементы для производства аккумуляторов. Часть продукции (например, аккумуляторные автомоноблоки) направлялась в Болгарию, а в Италию и Германию шли поставки эбонитовых пластин саратовского производства.

В определенный момент “Саратоврезинотехнику”, как и весь отечественный военно-промышленный комплекс, одолели экономические проблемы и финансовая недостаточность. Крупных промышленных партнеров у завода было мало даже в конце 1990-х. Производство никак не удавалось вывести на полную мощность, как и найти устойчивые рынки сбыта. Наиболее сложная ситуация сложилась во время кризиса 1998 года. Впрочем, уже в 1999 году объем производства вырос на 50 процентов, а к 2000-му достиг 250-процентного по сравнению с кризисным уровнем.

Несмотря на это, спустя несколько лет развивающееся производство “Саратоврезинотехника” оказалось банкротом. Работникам задерживали зарплату, не хватало денег не только на развитие предприятия и обновление мощностей, но иногда даже оборотных средств. Предприятие было вынуждено использовать товарные кредиты. Даже в этих условиях завод не только не останавливал производство, но пытался найти новые ниши на рынке – в частности, наладил производство нерафинированного масла. Конечно, это были издержки бартерной экономики. Сельхозпроизводители рассчитывались с заводом продукцией, которую тот перерабатывал.

Официальной версией банкротства предприятия стали его крупные долги. По крайней мере, такую версию представил в суде, рассматривавшем дело ОАО “Саратоврезинотехника”, назначенный кредиторами арбитражный управляющий Владимир Филипченко. Общая сумма финансовых претензий к заводу, по оценке Филипченко, на 2002 год превысила 62 миллиона рублей (протокол №1 первого собрания кредиторов ОАО “Саратоврезинотехника” от 20 июня 2002 года).

В процессе изучения финансовых возможностей предприятия управляющий оценил активы и задолженность, реальные и потенциальные заказы предприятия, предоставив эти сведения компаниям, которые имели требования к заводу. Известно, что федеральный закон “О несостоятельности (банкротстве)” предусматривает различные варианты развития событий в зависимости от финансового состояния должника: наблюдение, финансовое оздоровление, внешнее управление и самая суровая мера – конкурсное производство.

В каждом случае арбитражный управляющий имеет разные полномочия в отношении должника и его имущества. Может просто контролировать финансовые операции, защищая интересы кредиторов от незаконного вывода активов. А может взять на себя и текущее управление делами, отстранив предыдущий менеджмент от руководства. И только в самом тяжелом случае, когда отсутствуют иные возможности для продолжения работы, он вводит процедуру конкурсного производства. В этом случае деятельность предприятия прекращается, а все его имущество распродается с публичных торгов.

Впрочем, существует и альтернативный путь “разрядки напряженности”, когда заключается мировое соглашение между кредиторами и должником, и стороны достигают компромисса в погашении долгов. В этом случае дело о банкротстве прекращается, а компания получает возможность продолжить работу. Но в 2002 году собрание кредиторов ОАО “Саратоврезинотехника” (на основании данных, собранных Филипченко) решило, что у завода нет перспектив, и проголосовало за начало процедуры конкурсного производства.

Вот так предприятие, уцелевшее в годы Великой Отечественной, пережившее экономические реформы и финансовый кризис, сокращение оборонного заказа и конверсию, и сумевшее после всего этого в разы нарастить объемы производства, было признано банкротом.

В 2002 году собрание кредиторов ОАО “Саратоврезинотехника” (на основании данных, собранных Филипченко) решило, что у завода нет перспектив, и проголосовало за начало процедуры конкурсного производства. Вот так предприятие, уцелевшее в годы Великой Отечественной, пережившее экономические реформы и финансовый кризис было признано банкротом.

Досаднее всего, что случилось этот как раз в тот момент, когда по всей стране начался восстановительный рост после кризиса конца 1990-х. Трудовой коллектив, акционеры и менеджмент компании посчитали случившееся предательством, а некоторые – даже преступлением. Руководитель компании Хамзат Макаев обратился за защитой в правоохранительные органы. По его мнению, арбитражный управляющий подготовил фиктивные документы. С одной стороны, он включил в состав собрания кредиторов организации, перед которыми у ОАО “Саратоврезинотехника” не было долгов, с другой – стоимость активов компании в отчетах оказалась заниженной. Тем самым, доказывали работники предприятия, реальная информация о финансовом состоянии акционерного общества была существенно искажена. По их мнению, в состав комиссии кредиторов были незаконно включены следующие организации: ЗАО “Строитель” (1,4 миллиона рублей), СХПК “Дальний” (2,5 миллиона), ООО “Промлоус” (11 миллионов). А председателем комитета кредиторов компании стало ОАО “Саратовэнерго” (сумма долга – 5,4 миллиона рублей), руководил которым… Станислав Невейницын. В итоге перевес оказался на стороне тех, кто голосовал против заключения мирового соглашения, настаивал на банкротстве предприятия и распродаже его имущества.

Недвижимые активы завода стали предметом торга. 29 июля 2002 года (всего через пару месяцев после судьбоносного собрания о признании банкротом) два его корпуса были проданы ООО “Бизнес-Сфера”. Руководителем фирмы-покупателя значилась Екатерина Невейницына (на тот момент супруга Станислава Невейницына). В числе приобретений оказались склад и корпус эбонитового цеха (его продукция еще недавно шла на экспорт). Но уже в августе того же года “Бизнес-Сфера” продает только что купленное имущество ООО “Зерновая компания”, учредителями которой являются родители Станислава Невейницына. Далее активы  приобретает ООО “ЧОП Самсон”, оно становится учредителем сразу двух фирм: ООО “Русресурс” и ООО “Волгапром”. Последняя становится обладателем всего, что осталось от имущественного комплекса бывшего ОАО “Саратоврезинотехника”. Стоимость сделки – 35 миллионов рублей. Финальным шагом этой многоходовой комбинации должна была стать покупка имущества разоренного завода компанией “Русресурс”, однако эта сделка оказалась заблокированной, так как, пусть и с годовым опозданием, но полиция и прокуратура все же начали расследование по двум уголовным делам.

Фиктивное банкротство

Одно из дел было возбуждено в отношении бывшего руководителя завода Макаева, другое – в отношении конкурсного управляющего Филипченко. В ходе следствия были проведены несколько экспертиз, которые установили важные факты. Во-первых, общая стоимость только имущественного комплекса составляла 160 миллионов рублей (в эту цифру не включен портфель возможных заказов, интеллектуальная собственность и другие активы, которые трудно оценить в процессе банкротства). Во-вторых, эксперты констатировали, что “в реестр требований кредиторов ОАО “Саратоврезинотехника” необоснованно включены требования следующих организаций: АКБ “Экспресс-Волга” в размере 10,7 миллиона рублей; Приволжского окружного управления Росрезерва в размере 6 миллионов рублей; ОАО “Саратовэнерго” в размере 5,1 миллиона рублей. Всего в размере 22 миллионов рублей”. Далее специалисты отмечали, что у них “вызывает сомнение включение в реестр требований ООО “Промлоус”, ООО “Пелетон”, ООО “Волготехпром” на общую сумму 16 миллионов рублей”.

Генеральный директор ЗАО “Олеонафта” Станислав Невейницын озвучил громкий проект. На месте рынка “Привоз” его бизнес-структуры собираются возвести торгово-развлекательный комплекс “Карнавал” площадью 180 тысяч квадратных метров. Иными словами, если презентованный Невейницыным проект ТРК “Карнавал” будет реализован, то по площади он будет как минимум в три раза превосходить любой из крупнейших ТРК региона.

Итак, подведем баланс. Предприятие обладало активами на 160 миллионов рублей при долгах в 62,3 миллиона, из которых 22 миллиона были включены в реестр “необоснованно”, а еще 16 миллионов – “сомнительно”. Получается, что уверенно доказанная задолженность составляла примерно 24-25 миллионов рублей. А это, напомним, всего лишь около 12-15% от рыночной стоимости активов.

Но даже если бы вся кредиторка соответствовала требованиям закона и была бы подтверждена вступившими в силу решениями суда, то и в этом случае она составляла бы лишь около 30-40% от стоимости всего имущественного комплекса обанкротившегося предприятия. Таким образом, у ОАО “Саратоврезинотехника” были основания продолжить свою деятельность, а арбитражному управляющему вполне достаточно было провести частичную санацию бизнеса, установить, какие из промышленных линий наименее прибыльные, закрыть только их и продать лишь часть имущества, сохранив основное производство, трудовой коллектив и рабочие места. Вместо этого теперь здесь работает рынок “Привоз” и еще несколько небольших (по меркам “Саратоврезинотехники”) фирм. А все имущественные активы бывшего завода оказались подконтрольны семье Станислава Невейницына.

Видно, непросто было местным силовикам работать в то время: в октябре 2004 года оба уголовных дела (в отношении Филипченко и Макаева) были прекращены. Как следует из официальных ответов ГУ МВД по Саратовской области и областной прокуратуры, в 2013 году все материалы по ним были уничтожены в связи с истечением срока хранения. А вместе с ними – и наработки следователей и оперативников.

Конкурсный управляющий Филипченко (продавший активы) был освобожден от своей должности в 2005 году. А покупателем всех освободившихся площадей стало ЗАО “Олеонафта”. Собственно говоря, ее владелец и презентовал недавно громкий проект строительства торгово-развлекательного комплекса “Карнавал” на месте бывшего завода резинотехнических изделий (теперь можно смело полемизировать на тему того, что Гитлера заводчане пережили, а вот невейницыных…).

Не пойман – не вор

Но даже когда вероятность продолжить расследование еще существовала, к обращениям бывшего руководства компании силовики отнеслись прохладно. Откровенной отпиской можно назвать постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, датированное ноябрем 2010 года. В своем обращении бывший директор предприятия Макаев просит рассмотреть неправомерные действия генерального директора ООО “Бизнес-Сфера” Невейницыной Е.Д., а также и.о. директора ОАО “Саратоврезинотехника” Алиевой Е.В. На что стражи порядка отвечают: “В ходе проверки установить местонахождение Невейницыной Е.Д. и опросить ее не представилось возможным, т.к. по адресу регистрации она не проживает. Проводятся дальнейшие мероприятия по установлению места жительства и вызова для дачи объяснений”. Опросить Алиеву Е.В. “не представилось возможным, т.к. Алиева после развода поменяла фамилию. По данным ФМС, она зарегистрирована в г. Балашове, а со слов Макаева, она выехала за пределы Саратовской области и в настоящее время работает в Москве”. Единственное, что сделали следователи, так это опросили начальника административно-хозяйственного отдела ООО “Техногрупп”, которое располагается на месте бывшего завода. Завхоз пояснила, что ее фирма сдает площади в аренду, что не знакома с лицами, фигурировавшими в операциях с недвижимостью, не знакома и с учредителями компании. На этом полицейские и успокоились.

Не сумев разыскать двух женщин, которых заявители назвали подозреваемыми, и зачем-то пообщавшись с абсолютно ни к чему не причастным завхозом какой-то фирмы, “ответственные товарищи” приняли решение отказать в возбуждении уголовного дела – “за отсутствием в деянии состава преступления”. Получается, что если подозреваемого не нашли, то он и невиновен…

И вот, спустя несколько лет после того, как дело о банкротстве ОАО “Саратоврезинотехника” (А-5764Б/2002) было завершено, а наработки расследования финансовых операций уничтожены, Станислав Невейницын предстает в образе инвестора. В Саратове он намерен построить крупнейший торгово-развлекательный центр, в Энгельсе – логистический, а на выезде из областного центра – фермерский рынок.

Впрочем, клан Невейницыных и раньше выступал с амбициозными девелоперскими планами. Это ему приписывают организацию строительства жилого дома неподалеку от проспекта Кирова (за кафе “Лира” и главным корпусом аграрного университета). Проект обернулся долгостроем,  дольщиков, решивших вложиться в это предприятие, надо полагать, обманывали. “Взгляд” подробно рассказывал историю семьи дольщиков Белоус. Женщина после проигрыша спора за квартиру в суде попыталась свести счеты с жизнью. Но и из этой ситуации “инвесторы” сумели выпутаться.

Как правило, следователи любят квалифицировать те или иные преступления как “совершенные в составе организованного преступного сообщества”. В данном случае тоже можно было бы допустить такую формулировку и даже дополнить ее упоминанием “с использованием служебного положения” (Станислав Невейницын в те годы трудился гендиректором ОАО “Саратовэнерго”), однако этого не произошло. Диагноз оказался сильнее Уголовного кодекса.

Невейницын-старший (речь идет о Виталии Никифоровиче) был признан невменяемым. Вот как об этом рассказывал тогдашний руководитель ГСУ ГУВД Валерий Пиявин: “В ходе расследования появились данные о заболевании директора фирмы Невейницына. Поэтому следователь назначил судебно-психиатрическую экспертизу в Центре социальной и судебной психиатрии имени Сербского в Москве. В результате было сделано заключение о том, что Невейницын страдает хроническим психическим заболеванием. В связи с этим уголовное дело направлено в прокуратуру для передачи его в суд и принятия принудительных мер медицинского характера”. В итоге Виталий Никифорович избежал уголовного наказания.

Как правило, следователи любят квалифицировать те или иные преступления как “совершенные в составе организованного преступного сообщества”. В данном случае тоже можно было бы допустить такую формулировку и даже дополнить ее упоминанием “с использованием служебного положения” (Станислав Невейницын в те годы трудился гендиректором ОАО “Саратовэнерго”), однако этого не произошло. Диагноз оказался сильнее Уголовного кодекса.

В наши дни Станислава Невейницына все еще принимают в высоких кабинетах и внимают его инвестиционным замыслам. Утешает, что проект строительства нового торгово-развлекательного центра на перегруженной транспортом магистрали пока вызывает у городской власти обоснованные сомнения. Впрочем, народу не явлен даже проект будущего комплекса, на что обратил внимание глава администрации Саратова Александр Буренин. Озвучена лишь идея, воплотить которую еще тоже нужно суметь. Хорошо строить – это вам не наследие советской индустрии разорять и “прихватизировать”.

Как полагают эксперты, проект “Карнавала” в принципе не реализуем. Громкая презентация может закончиться в известной степени банально: предпринимательская плеяда просто возьмет кредиты для строительства ТРК, и история бедствий “Саратоврезинотехники” повторится вновь, с теми же героями, но другими обстоятельствами.

Источник: ИА Взгляд-инфо

http://www.vzsar.ru/special/2014/02/13/karnaval-razoreniya.html