КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Хамон своими руками



Помните фильм восьмидесятых “Москва на Гудзоне”? Ясное дело, американский. Там играли Савелий Крамаров и Робин Уильямс. Они, кстати, пару дней назад встретились. Но сейчас не об этом. Так вот: там Робин Уильямс был в роли советского человека, артиста, который попал в Америку и пошел в магазин за кофе. Он думал, что придет, увидит жестяные коричневые банки, на них будет по-американски написано: “Naturalny rastvorimy kofe iz Indii” и витиеватый рисунок. 

А увидел другое. И вот идет он вдоль стеллажей и читает вслух на банках: кофе черный, кофе-каппучино, кофе без кофеина, кофе “лучший выбор”, кофе-эспрессо, кофе такой, кофе сякой, кофе оттуда, кофе отсюда, кофе оттуда-оттуда… Потом у него стал заплетаться язык, потом он упал, потом люди вызвали врачей и его на каталке увезли… Сходил, понимаешь, за кофе.

Просто так вспомнился эпизод. Тем более что различные юмористы взахлеб, перебивая друг друга, кричат, что запрет на ввоз продуктов — это не только не вредно, а даже полезно. У них многочисленные аргументы. Один краше другого.

Например, эти юмористы кричат, что запрет в первую очередь ударит по крутым ресторанам французской кухни, а простые люди туда не ходят, поэтому они и не почувствуют никаких санкций. Устриц не будет, эка невидаль!

Вашу клоунскую маму! Хотите, я назову вам еще несколько заведений, куда не ходят простые люди, и они ни в коем случае не заметили бы исчезновения этих заведений?!

Как насчет театра оперы и балета? Я ни разу не ходил ни на балет, ни на оперу. Простые люди тоже. Простые люди ходят в цирк. И еще они ходят на дискотеку. Запрещаем балет? Простые люди ничего не почувствуют. Ни у одного простого человека не будет испорчен день, если с утра он узнает, что отныне балет в Саратове упразднен. Прыгающего мужика в лосинах не будет, беда-то какая! Или артистки, которая кривит рот и вопит у пианино так, будто режут ее. Или театры — разговаривают, разговаривают, контрреволюция одна, как верно заметил Полиграф Полиграфыч.

Но такое большое здание с колоннами на Театральной! Там можно сделать многоуровневую дискотеку. Или зимнюю крытую ярмарку. А вот эта информация сделает день простому человеку!

А выставки современного искусства? Где экспонатами может быть все что угодно, например обрезки ногтей художника. Простые люди тоже туда не ходят! Зачем нужны эти выставки? Да, и в правительство простые люди нечасто захаживают.

Идем дальше. Различные юмористы твердят нам о том, что произойдет замена одной продукции другой и вместо европейских овощей к нам приедут овощи из дружественного Китая. Они даже термин придумали “импортозамещение”. Да нет же! Я даже не знаю, что в этой информации более неправдоподобное: то, что Китай нам дружественный, или то, что произойдет импортозамещение.

Понимаете, импортозамещение — это когда один товарный вид меняется на другой, но продукция при этом остается той же классной категории. Например, у тебя была подружка — величественная белокурая шведка, а ты решил сменить ее на сумасшедшую вороную испанку. Вот это называется “импортозамещение”. Въезжаете?

Еще проще: если вы так будете рады китайским овощам и прочей жрачке оттуда только потому, что ее там много делают, вы не будете против, если европейские автомобили запретят на российском рынке, но восполнят их китайскими? А что?! В Китае тоже делают автомобили. Их там много делают. Им дают чарующие названия. Да и в Бразилии делают автомобили, если что. Да даже в Северной Корее делают автомобили! На углях.

Но когда вам скажут, что теперь вместо европейского автомобиля вы будете ездить на китайском и назовут это импортозамещением, вы ведь возмутитесь и скажете, что этому слову не хватает приставки из двух букв русского алфавита, которые по написанию схожи с буквами латинского алфавита — это “икс” и “игрек”. Нужна шифровка, понимаете, а то всякие законы о запрете мата… “Икс” плюс “игрек” плюс “импортозамещение”, и то, что получится в целом, и будет верным определением.

Различные юмористы заливаются вовсю о невероятном подъеме духа у отечественного сельхозпроизводителя, но через пару дней появляется информация о том, что достигнута договоренность об увеличении на 30 процентов поставок овощей из Египта…

Слушайте, мы что, и Египет к себе присоединили, что ли? Я слыхал, что недавно там была какая-то очередная заваруха, появился новый президент с именем, как у мужика из Санта-Барбары, аль-Сиси, и что дальше-то?! Разве в Египте прошел референдум и теперь он входит в Южный федеральный округ и отныне там находится наш отечественный производитель?! Так, наверное.

А еще есть резонеры-конформисты. Это не совсем юмористы. Скажем, они внештатные. То есть они не на постоянной занятости, они мобилизуются периодически, когда очередное густое проявление властного метеоризма нужно объявить самобытным и живительным ароматом.

Большинство из них бабы. Попадаются и мужики, но баб больше. Легко объяснимо, потому что бабам это свойственно — чем бы баба ни занималась, все это носит внештатный характер.

И вот они периодически возникают в блогах и глубокомысленно замечают: “Ах, я помню, как мой дедушка сам коптил окорока, он делал так… И у всех наших родственников были эти окорока, и все ели, нахваливали. И куда все это делось?! А про хамоны мы тогда не знали, и было хорошо! Так и сейчас надо!”

Да черт с ними, с этими хамонами. Я про них и сейчас не знаю. Я вообще до недавнего времени думал, что “хамон” — это какой-то ритуал. Например: “Верующие такие-то совершили традиционный хамон”. Или: “В этом году согласно церковному календарю хамон придется на такие-то числа апреля”…

А вот по поводу дедушкиных окороков и “куда все это делось?” легко можно сказать. Потому что я тоже помню свою бабушку, которая иногда шла в свой курятник, ловила за ноги там жирную курицу, укладывала ее на пень и делала один взмах топором.

Потом она опускала бОльшую часть курицы на землю и кричала мне и моему двоюродному брату: “А ну шагайте отсюда!” Но мы ее не слушались, а смотрели, как бОльшая часть курицы начинала бегать по кругу и фонтанировать — волшебство же: без головы, а бегает! Это продолжалось недолго, секунд тридцать. А бабушка шла опять в курятник… Из куриц потом получалась лапша.

А мой отец держал в гараже кроликов. Они сидели в большой клетке, ели траву и зерно, смешно делали носами и какали шариками. Через какое-то время отец решал, что пора, засовывал руку в клетку, нашаривал там уши какого-нибудь кролика и вытаскивал его целиком.

Потом он брал колотушку. Ну вот… Еще через пару минут он просовывал между сухожилий задних лап кролика заостренную палочку, подвешивал его и начинал, посвистывая, свежевать. В отличие от бабушки он не говорил мне: “Шагай отсюда!” Он говорил: “Принеси тазик”.

Так вот теперь, спустя почти тридцать лет, бабушка уже моего сына не держит куриц, не ловит их и не рубит им головы во дворе. У нее маникюр может испортиться.

А у отца моего сына нет гаража с кроликами. И вообще, даже если бы мне в руки попался живой кролик… Возможно, мне удалось бы каким-то образом его прикончить… Даже не знаю каким, утопить, может быть. Или в микроволновку засунуть и телевизор погромче включить… Но освежевать! На глазах у сына?! Нет, ничего не получилось бы. Потому что к тому времени у меня уже не будет сына. Он от меня отречется навечно и попросит у Деда Мороза, чтобы я вывалился из окна. Это к вопросу о том, что вот раньше дедушка, вот раньше бабушка…

И сидит же какой-то одухотворенный дурик с айпадом за столиком в кофейне и пишет все это восторженно про наши любимые натуральные продукты, которые раньше были в каждой семье и надо, чтобы сейчас все опять… Ну иди, убей айпадом свинью, сделай себе хамон своими руками, учись, в конце концов, ведь и ты же, дурик, станешь когда-нибудь дедушкой и бабушкой!

Да никто, конечно же, не умрет от отсутствия устриц, норвежской рыбы, сыра “Маасдам” и всего остального. Люди покупали это не в качестве лечебных препаратов, а просто потому, что людям это нравилось. Людям вообще нравится, когда в жизни есть разнообразие и свобода выбора. Люди думают, что это и есть отличительные признаки благополучной страны. Когда можно сходить во французский ресторан, на балет или в цирк. А можно и на стриптиз. Да-да, в отличие от французского ресторана простые люди туда очень хотели бы попасть.

И людям нравится ситуация, когда можно не откармливать и не резать в ванной кроликов самостоятельно, потому что для этого есть специальные заведения под названием “фермерское хозяйство”. Я так думаю.

И вот когда у людей потихоньку урезают разнообразие и свободу выбора, они потихоньку становятся депрессивными. Как и в общем страна. Иначе и быть не может, несмотря на “импортозамещение” из Азии.

А по прошествии еще какого-то времени американский режиссер приходит к мысли, что вот и пришла пора снимать фильм “Москва на Гудзоне-2″, где депрессивный русский, попав на Запад, падает в обморок от избытка чувств. Причем роль Запада будет играть Белоруссия.