КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Гаражный тупик



Гаражный тупик

Члены Саратовского ГСК оказались в ситуации вне правового поля.

В наше интересное и насыщенное событиями время то и дело приходится узнавать о неких сферах, на которые не влияет действующее законодательство России. Таким «заповедником» была (а кое в чём и осталась) сфера полномочий управляющих компаний. Многие помнят, как пре­дыдущий губернатор Саратовской области лет 6-7 назад сокрушался, что ситуация в УК, по сути, повторяет ситуацию в советской торговле, которая жила по своим законам, далёким от государственных. Затем такой же «беззаконной» территорией стала сфера, в которой орудовали коллекторы. Теперь их тоже пытаются ограничить и поставить в какие-то рамки, время покажет, насколько успешно. И вот совсем недавно мы узнали от своих читателей, что есть ещё одна зона, где законы вроде бы и соблюдаются, но как-то очень своеобразно. Это гаражно-строительные кооперативы.

 

Вскрытие показало — гараж больше не ваш

Постоянный читатель нашей газеты Пётр ПАКИН рассказал о приключившемся с ним чрезвычайно странном происшествии. С 1994 г. он являлся членом ГСК «Мотор» на улице Ипподромной в Ленинском районе Саратова. В июне 2015 г. приехал в свой гараж и вдруг обнаружил, что… попасть в строение не может. В гаражной двери был вырезан прежний замок, установленный хозяином, взамен поставлен новый. Что это — вскрытие с целью хищения имущества? Причём взломщик оказался настолько наглым, что даже свой замок врезал, претендуя на чужую собственность.

Что можно сделать в такой ситуации? Конечно, обратиться в полицию. Что Пётр Александрович и сделал. Но тут возникли неожиданные затруднения. Участковый не нашёл состава преступления в происшедшем. В правлении гаражно-строительного кооператива представителю правоохранительных органов растолковали, что ничего противозаконного с гаражом Пакина не произошло — строение передано другому пайщику на законном основании. Пока шло выяснение, следовали заявления и ответы на них в органы внутренних дел и в прокуратуру, прошло несколько месяцев. В итоге объявился новый хозяин. Он сообщил Петру Пакину, что в его гараж с момента продажи и передачи кооперативом никто не входил, соответственно, никаких посягательств на хранящееся там имущество не было. Но гараж передан ему правлением ГСК на законном основании, он за всё заплатил.

Пакин обратился за разъяснениями к председателю ГСК «Мотор». И услышал в ответ, что его фамилия… в списках членов кооператива не значится. Основание — задолженность по членским взносам. Так что ни на какой гараж он теперь претендовать не может.

Осталось одно — судиться со ставшим, казалось бы, уже родным гаражно-строительным кооперативом. Попутно выяснилось, что Пакин не первый, кто обратился в суд с таким иском, до него это сделали ещё, как минимум, два человека, также обнаружившие чужие замки на своих гаражах. А всего вскрытыми — вернее, перекрытыми, то есть получившими новых владельцев без ведома старых, оказалось более двадцати строений.

 

Взносы втёмную

Интересной деталью стала датировка исключения из членов кооператива тех, кто обвинён в злостной неуплате взносов. Оказывается, это произошло ещё… в 2012-м! Но никаких видимых последствий эта акция за собой не повлекла, люди продолжали пользоваться своими строениями, не подозревая, что гаражи уже им не принадлежат. И лишь три года спустя, летом 2015 г., эти последствия проявились, да ещё в столь радикально жёсткой форме.

Что же стало причиной неуплаты взносов и в каком виде это оформлялось? Пакин, как и другие члены ГСК, помнит, что ещё в 2010 г., после того как прежний председатель ушёл из жизни, сумма взноса вдруг резко увеличилась — практически в несколько раз. Естественно, возникли вопросы: в связи с чем? В правлении ничего внятно объяснять не стали. Вообще оплата взносов в «Моторе» происходила весьма своеобразно. Никаких уведомлений, никаких квитанций, никаких расчётов — за что взимаются деньги. Люди просто приходили в правление по собственной инициативе и отдавали плату наличными, получая отметки в членской книжке.

Не дождавшись разъяснений, члены ГСК открыли его устав и прочитали, что на любую оплату должен выставляться счёт, содержащий в себе её обоснование. Потребовали раскрыть причину появления новых расценок теперь уже более настойчиво. В ответ услышали, что ГСК оказался втянутым в ряд судебных процессов в связи со спорностью принадлежности занимаемой им земли. На судебные расходы нужны были деньги — эти расходы решили возложить на членов кооператива. Понимания у последних такая трактовка ситуации не вызвала. В итоге целый ряд членов ГСК отказался платить повышенные взносы.

Что происходит дальше? Как ни странно, ничего. Позиция правления (состав которого начиная с 2010 г. не один раз поменялся) фактически выразилась в отказе от каких-либо санкций в отношении непокорных владельцев гаражей: не хотите платить — не платите.

Во всяком случае, за минувшую со времён инцидента с повышением платы пятилетку никто из «неплательщиков» никаких повесток или уведомлений не получал, каждый преспокойно пользовался своим гаражом — кто чаще, кто реже. До тех пор пока в середине 2015 г. не грянул гром. Вернее, донеслись раскаты грома, прогремевшего тремя годами раньше.

Конечно, членов ГСК сейчас можно упрекнуть в проявлении некоей безалаберности, свойственной россиянам вообще. Можно спросить: почему не стали сразу разбираться в спорной ситуации до конца, выяснять, насколько правомерно непомерное повышение суммы взносов, искать правды… Но, с другой стороны, их никто не трогал, ни о чём не предупреждал, ничем не угрожал. Многие ли из нас при таком положении дел стали бы искать для себя приключений, добиваться чего-то, если нас никто не дёргает? Тем более что длилось затишье не недели, не месяцы, а годы. Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо, русская пословица не стёрта из голов. Да и позицию правления ГСК «Мотор» (по крайней мере, в том виде, в каком её представляют Пётр Пакин и те, кто с ним солидарен в кооперативе) иначе чем очень странной не назовёшь.

Но вот пробил судный час. И что же получил истец?

 

Вас вообще не существует

В середине февраля 2016 г. Ленинский районный суд рассмотрел гражданское дело по жалобе Петра Пакина и вынес следующее решение, исходя при этом из доказательств, предъявленных сторонами.

А доказательства эти таковы. Истец утверждает, что платил членские взносы, однако квитанций об оплате ему никто не выдавал. Уведомлений об исключении его из членов кооператива ему тоже никто не предоставлял. К тому же у него есть членская книжка от 2006 г., остальные документы должны быть в правлении ГСК. Поэтому он вполне закономерно считает себя членом ГСК «Мотор» и просит суд это подтвердить.

Аргументы ответчика: П. А. Пакин никогда в члены ГСК не принимался и таковым не являлся, никогда членские взносы не платил, гаража на территории кооператива не имеет. Гараж, который он упоминает в своём исковом заявлении, принадлежит другому человеку. Членская книжка — да, она у него есть, но «не такая, как у остальных членов кооператива».

Кстати, книжка образца 1994 г. тоже была представлена в суде, хотя ранее истец об этом не заявлял. Но суд это во внимание не принял — притом, что этот документ является единственным подтверждением участия в ГСК.

Основной же аргумент, который был принят во внимание судом, — ни в одном из протоколов общих собраний членов ГСК нет упоминаний о том, что гражданин Пакин когда-либо в этот кооператив принимался. А на нет и суда нет.

К тому же указано в решении суда, что истец обратился с письмом на имя председателя ГСК ТАРАСОВА, который умер ещё в 2010 г. По мнению ответчика и суда, это свидетельствует о том, «что истец не знает о деятельности кооператива ничего». Кстати, в одном из ответов правления кооператива Пакину отмечено, что он якобы неточно указал адрес, по которому кооператив расположен, следовательно, не знает местонахождение собственного гаража, и никаких документов, подтверждающих его права, ему выдать не могут.

В иске Пакину отказано, и можно было бы на этом поставить точку, если бы не ещё одно крайне любопытное обстоятельство. Дело в том, что родственники одного из членов ГСК, ныне переехавшего в другой город и также лишённого членства и гаража, сумели выиграть суд у правления и вернуть строение! В этих двух историях изначально совпадало абсолютно всё, однако затем появилось существенное отличие, которое, как можно предположить, и повлияло на решение суда.

Член кооператива Александр БЕЛЯНКИН был обвинён в том, что не полностью выплатил свой пай — потому якобы и был исключён. Родственники, действующие на основании генеральной доверенности, резонно возразили: а где квитанция с номером лицевого счёта? На основании чего оплачивать? Ответ представителей правления ГСК, по словам истцов, прозвучал весьма оригинально: они заявили, что в их обязанности не входит «тратить средства на рассылку каких-либо извещений». То есть члены кооператива должны сами приходить в правление, по собственной инициативе платить взносы, узнавать, когда будут проводиться собрания, и тому подобное.

Всё кончилось тем, что суд признал правоту истцов — исключение подобным образом из членов кооператива законным не выглядит. Правда, теперь правление собирается оспорить решение суда в апелляционной инстанции, но это вопрос будущего.

Напоминаем, что, по словам Пакина, ему изначально тоже было предъявлено обвинение в неуплате взносов, в том, что он очень много кооперативу задолжал. Но в суде разговор обрёл совсем другой поворот — никакого Петра Пакина в ГСК «Мотор» вовсе не было! Кстати, и реестра с перечнем членов ГСК прежнего времени также не нашлось (хотя на суде по иску Белянкина реестр был представлен). Между прочим, участники данных событий — и Пакин, и родственник Белянкина сказали, что ни в одном из саратовских городских архивов нет никаких документов о деятельности данного гаражно-строительного кооператива. Интересно, почему?

Теперь Пётр Пакин надеется добиться изменения решения суда в вышестоящей инстанции. А напоследок замечу, что на деятельность гаражно-строительных кооперативов не распространяется действие закона «О потребительской кооперации», и вообще конкретного закона, регулирующего отношения между правлением и пайщиками — членами кооператива, в России нет, что и порождает постоянно спорные ситуации. Поэтому нужно быть особенно внимательными к составлению устава ГСК, который зачастую является единственным документом, способным защитить права людей в этой сфере.

 

http://www.saratovnews.ru/newspaper/article/2016/07/20/garajnyi-typik/