КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Вообще представление: как саратовская прокуратура ищет “здравый смысл” в судебном приговоре



Вообще представление: как саратовская прокуратура ищет

“Вообще не выдерживает никакой критики”, “ввиду чрезмерной мягкости”, “вообще не основан на обстоятельствах”, “чувство победы над государственной системой”… Это все о приговоре Октябрьского районного суда по так называемому делу о пропавших самоварах. Принадлежат эти высказывания помощнику прокурора Саратова Екатерине Дмитриенко. Приведенные фразы мы взяли не из какой-то приватной беседы, а из официального документа — апелляционного представления.

Похоже, сотруднику надзорного органа не понравилось то, что первая инстанция не стала защищать право граждан на совершение фиктивных сделок, как того желали представители прокуратуры. Вот и появилась на свет такая бумага, направленная в Саратовский областной суд и содержащая весьма эмоциональные заявления о победе осужденных над системой, об отсутствии здравого смысла, подрыве доверия и восстановлении социальной справедливости. Мы попытались разобраться, кто же на самом деле подрывает доверие к государственной власти в Саратове.

Наше издание подробно описывало ход процесса по обвинению Максима и Дмитрия Чербаевых в махинациях с недвижимостью и якобы произведенной краже более сотни антикварных самоваров у собственного отца — Александра Чербаева. Еще одним подсудимым проходил Александр Титенев, который, как выяснилось позже, угодил в эту компанию “до кучи”.

Внимание журналистов к этому делу привлекли сами представители надзорного органа, которые впоследствии довольно “бледно” выглядели в суде. Сменяя друг друга, сначала старший помощник прокурора Саратова Андрей Склемин, а затем занимающий аналогичную должность Андрей Сухоручкин, пытались “протолкнуть” очень странное обвинительное заключение — плод трудов полицейских следователей.

Вообще представление: как саратовская прокуратура ищет

 Андрей Сухоручкин и Андрей Склемин

Когда стало понятно, что рассматриваемое дело не только “сырое”, но и вовсе “несъедобное”, оба Андрея технично испарились из процесса, галантно уступив место молодой помощнице прокурора Саратова Екатерине Дмитриенко. Девушке, которая по нашей информации специализируется на гражданских делах, только и оставалось, что прочитать с бумаги сомнительные доводы надзорного органа, основанные на обвинительном заключении.

Подробно об этом мы рассказывали в публикации под заголовком: “Негосударственное обвинение: чьи интересы представляют в судах саратовские прокуроры“.

Фиктивные

Особенно абсурдно в “самоварном деле” выглядело то, как стражи правопорядка, а вслед за ними и сотрудники городской прокуратуры, обосновывали свою позицию по эпизоду с мошенничеством якобы организованным группой лиц. Специально для этого они ввели такие понятия, как “действительный собственник” и “иной владелец” по отношению ко второму потерпевшему — сожительнице Александра Чербаева Александре Ермолаевой.

Суть заключалась в том, что женщина якобы для вида решила передать свою недвижимость другому человеку, чтобы ее собственная сестра, одолжившая денег, не отсудила это имущество. При этом сделка была оформлена официально, дом с земельным участком Ермолаева переписала на Титенева как положено по закону. Есть даже соответствующее решение суда, вступившее в силу. Однако у городских следователей и прокуроров, как оказалось, к подобным вещам особое отношение, едва ли согласующееся с действующим законодательством.

Фактически гособвинение пыталось настоять на том, что граждане РФ имеют право не только на совершение фиктивных сделок с целью сокрытия своего имущества от кредиторов, но и на защиту таких махинаций со стороны правоохранительных органов и суда. Впрочем, первая инстанция полностью отмела этот эпизод, оправдав обвиняемых, которые теперь получили право на реабилитацию за незаконное преследование.

Соответствующее решение суда было оглашено 17 апреля 2017 года. В адвокатской среде его назвали событием. Как отмечают наблюдатели, оправдательные приговоры по уголовным делам огромная редкость не только в Саратове, но и в целом в России.

На вынесение приговора пришли оба потерпевших, однако перед началом заключительного заседания Александр Чербаев удалился из здания суда. Не было в процессе и представителя потерпевших — адвоката Николая Панкратова. Сотрудники прокуратуры также решили не слушать выводы суда по итогам рассмотрения этого громкого дела.

В результате судья Сергей Сотсков лишь частично признал Дмитрия и Максима Чербаевых виновными в инкриминируемом им преступлении — краже. Так, по версии обвинения, эти подсудимые похитили у своего отца 144 самовара, кожаную куртку, статуэтки медведей и прочее имущество, а также 500 тысяч рублей, соковыжималку и прочие вещи у Александры Ермолаевой. На общую сумму около 6 миллионов рублей.

Вообще представление: как саратовская прокуратура ищет

 Обвиняемые по “самоварному делу”

Суд счел, что доказательствами подтверждено лишь похищение 65 самоваров, оцененных экспертом в 1,2 миллиона рублей. Все остальное было признано бездоказательным. Кроме того, Дмитрий Чербаев и Александр Титенев были полностью оправданы по другому эпизоду — мошенничеству с имуществом Ермолаевой на сумму 6,9 миллиона рублей.

Потерпевшей было полностью отказано в ее предъявленных гражданских исках, а подсудимым судья разъяснил право на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием. Вину Титенева суд счел доказанной лишь по эпизоду с вывозом старых авто на металлоприемку. То есть, по эпизоду, который не имел никакого отношения ни к самоварам, ни к “махинациям” с фиктивными сделками.

В итоге Дмитрий Чербаев был приговорен к 2 годам исправительной колонии общего режима, Максим Чербаев – к 2 годам 3 месяцам исправительной колонии общего режима, а Александр Титенев — к 1 году 2 месяцам колонии-поселения. Это при том, что сторона государственного обвинения требовала для подсудимых следующие сроки: Александру Титеневу — 6 лет, Дмитрию Чербаеву — 8 лет и Максиму Чербаеву — 7 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Прокуратура Саратова решила обжаловать такой приговор. Однако сложно было представить, что надзорный орган вновь будет настаивать на существовании “действительных” и “недействительных” собственников имущества и потребует возродить из пепла эпизод с мошенничеством в отношении Ермолаевой. Но это произошло.

Подрыв доверия

Текст апелляционного представления, разместившийся на шести листах формата А4 и подписанный помощницей прокурора Дмитриенко, наполнен несвойственными для подобных документов эпитетами. Видимо, чтобы усилить эффект от своих доводов, сотрудница надзорного органа неоднократно использовала слово “вообще” – к месту и нет.

Например, по мнению Екатерины Дмитриенко, вывод суда о дружеских отношениях между потерпевшим Чербаевым и основными свидетелями “вообще не основан на обстоятельствах, установленных в судебном заседании, так как они данный факт не подтвердили”.

Может быть, помощница прокурора не стала бы писать подобное, если бы присутствовала не только на последнем заседании по делу. Ведь многие из этих “не подтвердивших дружеские отношения” людей ранее были осуждены вместе с потерпевшим по другому уголовному делу. Тогда Александр Чербаев собрал компанию будущих свидетелей для того, чтобы напасть с битами и ружьями на незнакомцев. Возможно есть основания расценивать такие отношения даже как что-то большее, нежели дружба.

Многие выводы суда первой инстанции, по мнению Дмитриенко, “не выдерживают никакой критики”, а также основаны “только на голословных утверждениях подсудимых, имеющих право на защиту”. Наказание, назначенное Чербаевым и Титеневу, помощница прокурора назвала несправедливым, “ввиду чрезмерной мягкости”. По ее мнению, молодыми ребятами, которые уже просидели более года в камерах, оно “не воспринято как наказание вовсе”.

“С учетом этого у осужденных складывается ложное впечатление о том, что они вовсе избежали наказания, чувство победы над государственной системой отправления уголовного судопроизводства, что не будет способствовать исправлению подсудимых и предупреждать совершение ими преступлений вновь, – говорится в тексте апелляционного представления. – Назначенное наказание также не способствует восстановлению социальной справедливости, так как влечет возникновение у потерпевших от преступных посягательств недоверия к судебной системе и к органам государственной власти в целом”.

Вообще представление: как саратовская прокуратура ищет

 Екатерина Дмитриенко

Мы попросили представителя стороны защиты по этому делу — адвоката Елену Сергун — прокомментировать прокурорское представление. Елена Леандровна отметила, что подсудимые едва ли считают себя счастливчиками, избежавшими наказания.

- Они продолжают настаивать на том, что все дело построено на оговоре со стороны их биологического отца и его товарищей, – отметила собеседница. – По их мнению, поводом для оговора могла послужить позиция, которую они заняли, когда Александра Чербаева судили за вооруженное нападение. Мы считаем, что суд первой инстанции совершенно обоснованно оправдал подзащитных по эпизоду с так называемым мошенничеством. Что же касается самого апелляционного представления, то в нем, вместо ссылок на листы дела и конкретные доказательства, в качестве доводов приводятся фразы, вроде: “не выдерживает никакой критики” или “не основаны на здравом смысле”. Такое очень сложно комментировать. Полагаю, что подобными апелляционными представлениями подрывается авторитет государства, от имени которого выступают сотрудники прокуратуры, обесценивается человеческая судьба, грубо попирается принцип презумпции невиновности.

P.S.

Судебная коллегия по уголовным делам Саратовского областного суда должна рассмотреть это дело уже 15 июня. Теперь во всех хитросплетениях с фиктивным мошенничеством и пропавшими самоварами предстоит разбираться представителям апелляционной инстанции. Хочется верить, что они сумеют установить, кто же на самом деле и какими действиями может подрывать доверие к государственным органам власти.

Источник: http://nversia.ru/rubric/print/id/9199