КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Саратовский «Магнитский»



Имя Сергея Магнитского, скончавшегося в далеком от нас 2009 году в одном из столичных следственных изоляторов, до сих пор не сходит с уст правозащитников, которые, кто в связи с исполняемыми обязанностями по защите прав граждан, волею судьбы оказавшимися в «застенках», кто по велению сердца и совести, всеми возможными способами пытаются предотвратить подобного рода печальные финалы.

Я говорю именно о правозащитниках, поскольку пагубные обстоятельства, связанные с гибелью Сергея Магнитского, похоже, ничему не научили государственных служащих, ответственных за недопущение похожих ситуаций.

Мне представляется, что это не случайно.

Как-то у нас так повелось, что виноватых в смерти скончавшегося в СИЗО человека, как правило, не бывает. Ну, умер и умер.

И вряд ли читатель сможет возразить мне, назвав при этом достаточное количество примеров, когда за смерть человека в изоляторе кто-то пошел бы под суд и получил бы за свою халатность (как минимум, халатность) адекватное наказание.

Я что-то не припомню, чем завершилась история с гибелью в московском следственном изоляторе бывшего директора завода «Серп и молот» Алексея Максимова, обвинявшегося, ни много, ни мало, в организации убийства прокурора Саратовской области Евгения Григорьева, но так и не дожившего до суда.

Если повспоминать, то это, безусловно, будет не единственный пример подобного рода.

Безнаказанность, как известно, окрыляет.

По крайней мере, люди, которые не боятся справедливого суда, тем более, похоже, не боятся ни Бога, ни черта.

А ведь от этих «бесстрашно» равнодушных персонажей зачастую зависят судьбы близких нам людей.

Даже если и не близких, а просто людей, волею судьбы оказавшихся в местах не столь отдаленных, это не меняет сути дела.

Как говорится, от тюрьмы и сумы зарекаться никому не стоит. А потому история, которую мне хотелось бы вам рассказать, вполне актуальна и злободневна.

Касается эта история достаточно известного в Саратове человека. Его зовут Алексей Ерусланов, тот самый, который является членом Совета директоров ЗАО «Детский Мир». Слышали наверняка.

Жители города могут относиться к нему по-разному, но в данном случае я не пытаюсь с помощью прессы «обелить» его, и, как часто говорят в таких случаях, вырвать его с помощью данной публикации из цепких лап наших «правозахоронителей».

«Давить» на следствие никто не собирается, это оно, следствие, как правило, пытается часто давить всех вокруг себя.

Тема это достаточно глубокая и требует отдельной публикации, и, может быть, не одной.

В данном же случае речь идет несколько о другом: о явном и бессовестном игнорировании закона, касающегося невозможности содержания под стражей лиц (в том числе обвиняемых, коим в данном случае является Ерусланов), имеющих тяжелые заболевания, при наличии которых избирается любая другая мера пресечения, нежели заключение под стражей.

Закон этот не делает исключения ни для кого и должен неукоснительно соблюдаться. Но, видимо, для саратовских «правоприменителей» законы не писаны. Они могут жить (ничуть не комплексуя по этому поводу) по написанным ими самими «законам». Правильно ли это? Думаю, вопрос этот риторический, поскольку ответ на него абсолютно однозначный.

Итак, Алексей Ерусланов обвиняется в том, что в процессе конфликта с двумя сотрудниками дорожно-постовой службы был вынужден применить к ним насилие, которое выразилось в повреждении носа одному из них и образовании синяка на ноге у другого.

Причины этого конфликта, механизм образования повреждений у каждого из участников инцидента с обеих сторон до сих пор – уже более 3 месяцев – выясняет следствие и никак не может выяснить.

Как заявил в суде при очередном продлении стражи следователь Следственного отдела города Энгельса, в производстве которого находится уголовное дело Ерусланова (а было это спустя два месяца после его возбуждения), «сбор доказательств по делу только начинается».

Следовательно, закончиться он может еще месяца через два-три. А, может, и больше…

В деле есть свидетели, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, которые непосредственно наблюдали конфликтную ситуацию.

Знаю это не понаслышке, так как около недели назад ко мне за правовой помощью обратилась супруга Алексея, которая лично наблюдала все злополучные события от начала и до конца. И, соответственно, является основным очевидцем произошедшего.

Очень хочется надеяться, что следствие и суд, в который в дальнейшем должно будет поступить дело, во всем детально разберутся и примут взвешенное и законное решение.

Только вот проблема в другом – доживет ли до возможного «торжества правосудия» основной фигурант этих событий – Алексей Ерусланов?

«Что за ерунда?» – можете спросить вы, но, не зная некоторых немаловажных нюансов дела, будете не правы.

Основная проблема в том, что, начиная с 2010 года (как вы можете заметить, за 7 лет до возбуждения дела, по которому обвиняемый был арестован), Алексей Ерусланов тяжело болеет. Диагноз (ссылаюсь на эти сведения с ведома Алексея Николаевича) – «лимфома левой глазной орбиты», с рецидивом и прогрессированием заболевания, которое требует срочного консервативного лечения, а оно, как мы все знаем, в условиях наших изоляторов не осуществляется.

По крайней мере, это бесспорно следует из разнообразных ответов, полученных стороной защиты от руководителей и медиков Саратовского СИЗО, в котором содержится Ерусланов, УФСИН, других организаций, обязанных следить за здоровьем арестантов и оказывать им незамедлительную и необходимую медицинскую помощь в тех случаях, когда это находится в пределах их компетенции. Но вот целый ряд серьезных онкологических заболеваний находятся за этими пределами. Именно по этой причине в 2011 году Постановлением Правительства РФ был утвержден соответствующий перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию обвиняемых под стражей, так их в условиях содержания под стражей лечить невозможно.

Заболевание, имеющееся у Алексея Ерусланова, однозначно подпадает под указанный перечень, что было официально подтверждено заключениями двух медицинских консилиумов от 13 и 21 июля 2017 года.

Заключения подписаны всеми участниками консилиумов врачей, осуществляющих свою профессиональную деятельность в ГАУЗ СО «Областная офтальмологическая больница» и ГУЗ «Областной онкологический диспансер №1».

Что в данном случае немаловажно, эти заключения были получены в строгом соответствии с законом, на основании направлений следственного органа, и именно в те лечебные учреждения, куда они посчитали необходимым направить обследуемого обвиняемого и все его медицинские документы. Возможность субъективного воздействия за консилиум врачей полностью исключена.

А дальше должен был начинать работать ЗАКОН. Закон этот – часть 1.1 статьи 110 Уголовно-процессуального Кодекса РФ, в соответствии с которой «мера пресечения в виде заключения под стражу изменяется на более мягкую при выявлении у обвиняемого тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей и удостоверенного медицинским заключением, вынесенным по результатам медицинского освидетельствования».

Заметьте, не «может изменяться или не изменяться» по усмотрению заинтересованных лиц (как в итоге и получилось), а именно «изменяется», без всякого двоякого толкования.

Но, как неожиданно выяснилось, на территории Саратова и его не сильно удаленных окрестностей (в данном случае – в городе Энгельсе) ЗАКОН не работает.

Как говорится, перед законом все равны, но есть люди, которые «равнее» остальных. Им и оказался Алексей Ерусланов.

Сначала следователь, в производстве которого находится дело, отказался освобождать Ерусланова из-под стражи, хотя такие полномочия у него имелись. Затем начались «метания» руководителей, которые за два дня то подавали ходатайство о продлении стражи, то отзывали его, изменяя позицию на перевод Ерусланова под домашний арест, но, в конце концов, вернулись к первоначальному варианту.

А потом случилось просто невероятное: их, следователей, поддержал Энгельсский районный суд, и судья Серебрякова, несмотря на совершенно однозначную правовую ситуацию, приняла явно неправовое решение – она решила проигнорировать ЗАКОН и сведения о невозможности нахождения Ерусланова под стражей и продлила эту стражу еще на два месяца. А там, как говорится, «либо ишак сдохнет, либо подишах». Хотя кто в этой ситуации ишак, вопрос весьма спорный.

Дальше – больше. Саратовский областной суд в апелляционном порядке отклоняет жалобу защитника Ерусланова Александра Курохтина и «узаконивает» явно незаконное решение Энгельсского суда. На этот раз «отличилась» судья Галина Логинова.

Ранее я уже был вынужден сообщать читателям о ее «фокусах» в аналогичной ситуации с утверждением решения об аресте в отношении другого моего подопечного – сотрудника Ртищевской прокуратуры Олега Долгова, который один воспитывал (после смерти жены) 10-летнего ребенка, но имел неосторожность получить взятку (по версии следствия) в «бешеных» размерах – 50 тысяч рублей… Так что для судьи Логиновой такое «неправовое» решение – это, как говорят юристы, рецидив. Со всеми вытекающими последствиями…

Обсуждать оба судебных решения, принятых в отношении Ерусланова – зря тратить время; могу ответственно заявить, что ничего заслуживающего вашего и нашего внимания в этих документах нет.

Судьи полезли, как говорится, не в свою область, и постарались стать на время «светилами» медицины. По крайней мере, им, так, видимо, казалось. Лучше бы, как говорится, право внимательнее изучали, глядишь, больше толку было бы…

Алексею Ерусланову сейчас очень тяжело. Тяжело физически – и я был вынужден это лично созерцать. Состояние его здоровья резко и катастрофически ухудшается. Я – не медик, но это видно визуально и не вооруженным глазом: опухоль на лице продолжает увеличиваться и оставлять свой страшный шрам, как будто бы лава вышла наружу и все запечатлела на лице страдающего человека. Жуткие головные боли, боли в суставах. А обезболивающие препараты принимать нельзя – врачи говорят, что при обострении онкологического заболевания это недопустимо.

В медицинских заключениях сказано, что необходимо срочно направить Ерусланова в Москву – в НИИ глазных болезней им. Гельмгольца. Туда, где начиналось лечение Алексея 7 лет назад. Туда, где еще может сохраниться надежда на его спасение, на исправление этой жуткой ситуации. Но это не входит в планы следственных органов. Делать этого они не хотят и не собираются.

Довод у них, для этого, как говорится – «железобетонный»: обследование, и оказание необходимой для поддержания нормальной жизнедеятельности Алексея Ерусланова медицинской помощи может затянуть сроки следствия, а это, как говорится, вредно для здоровья сотрудников следственного комитета. Уж о своем здоровье они беспокоятся гораздо сильнее…

Действительно, врагу не пожелаешь того, что сейчас испытывает Алексей Ерусланов. Про его физические страдания я написал.

Но не менее тяжело ему должно быть не только от боли, которую он продолжает мужественно терпеть, но особенно от осознания того, что в данной ситуации не работает ЗАКОН.

Тот ЗАКОН, который мог бы спасти его здоровье, а, возможно, и жизнь. Но ЗАКОН этот, к огромному сожалению, в упор не видят и не хотят видеть те, кто должен стоять на его страже.

Источник: http://www.medialeaks64.com/news/blogi-dozhivet-li-do-suda-professor-aleksey-eruslanov