КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Разрешенный валежник и не прояснённый хворост



ГАЗЕТА НЕДЕЛИ В САРАТОВЕ, № 12 (472) от 10.04.2018

политика

Размышления нашего политолога в процессе омовения им сапог в водах затопленных Провальных тупиков
Питер Брейгель младший. Сборщики хвороста

От редакции: еще раз должны честно признаться – мы не знаем, откуда наш постоянный автор черпает информацию. По идее, для него как для истинного чистокровного патриота источником всех знаний о жизни должен быть только единый киселев-соловьев-шейнин. Но порой Евдоким говорит о таких вещах, что мы начинаем подозревать: есть у него интернет, и там он всякое читает, даже, прости, господи, «Медузу», Навального и «Свободные новости». И тут же мы останавливаем себя в своих подозрениях, не может быть такого, у него и компьютера нет. Неужели прав внук нашего героя, подозревающий, что дедушке в голову вставили таинственный чип? Но кто? Госдеп? Словом, запутались мы в своих догадках, может, читатели смогут разгадать сию тайну, посему представляем вашему вниманию очередную главу о жизни настоящего патриота.

На берегу Поперечного моря

Я мусолил во рту карандаш и думал над словами глашатая Кремля Дмитрия Сергеевича Пескова. Он давеча со студентами встречался и объяснил им суть жизни и разные темные её стороны. Просветил, так сказать. Слова были такие, я записал их в заветную тетрадь: «Как называется женщина, которая за 10 миллионов долларов переспала с мужчиной? Может быть, грубо говорю, но она называется проститутка». Так понимаю, что сказано это было о тех женщинах, которые пристают к депутату Слуцкому Леониду Эдуардовичу. Сначала мне показалось, что товарищ Песков немного завидует товарищу депутату, ведь, как известно, к самому Пескову никто не приставал еще. И потому Дмитрий Сергеевич употребляет такие резкие слова, да еще перед молодыми людьми. Мог бы вслед за Владимиром Владимировичем сказать «женщины с пониженной социальной ответственностью».

Но отбросил я черные мысли, меня другое заинтересовало: 10 миллионов долларов – это сколько в наших деньгах будет? Стал считать. Что надо умножить на шестьдесят, знал, но сколько надо нулей – запутался. Всё равно выходило очень много. Смущало меня и то, что знал я женщин с пониженной ответственностью и у нас на Провальных тупиках, и в Поперечных проездах – тоже, но у них совсем другой прейскурант. «Хорошо они там, в Москве, живут, – подумал я, – и женщины у них по десять миллионов». Но тут же отогнал эти дурные мысли и вышел во двор.

Подошел к калитке, осторожно приоткрыл её. Волна прибоя лизнула мои сапоги. Вокруг, куда ни кинь взгляд, раскинулась водная ширь. Вечерело, и тот берег почти не был виден. «Смыло, что ли, их?» – подумал я. У калитки соседского двора был привязан плот, это, стало быть, если запасы кончатся, сплавать в магазин. В дальнем конце проулка из воды торчала крыша «Газели». «Чужой кто-то заехал, свой бы ни за что не поехал об эту пору, – решил я. – Не зря говорят: не знаешь броду – не суйся в воду». В другом конце проулка из воды торчал шест с красной тряпкой – так пометили колодец без крышки. Странное дело – ни канализации, ни водопровода у нас отродясь не было, а вот люк без крышки всегда был. Да, много чудес в нашей жизни.

Пораженный величием увиденного, я вернулся во двор. Подумал, что надо бы приставить к дому лестницу, чтобы, случись чего, залезть на подлавку. Вода будет прибывать, ведь товарищ Буренин Александр Григорьевич сказал, что готовится он к самому худшему. А начальству надо верить, особенно если оно обещает что-то плохое.

Своё не пахнет

Прошел, не снимая сапог, в кухню, сел на табурет, стал думать. Странно, скоро будет у нас большой праздник – назначение Владимира Владимировича на должность. Даже слово специальное есть, на «и» начинается, но запомнить я его не мог. (Инаугурация! – Ред.) Но вместо светлого праздничного настроения проявлялась в стране какая-то тоска, в некоторых местах тоска довела людишек до того, что они стали бунтовать по непонятным причинам. Надо признать, бунтовали достойно, как и положено. У меня в заветной тетради были записаны чьи-то слова, и они мне нравились: «Любят русские люди бунтовать. Встанут перед барским домом на колени и стоят, подлецы! И ведь знают, что бунтуют, и всё равно стоят». (От редакции. Салтыков-Щедрин, конечно же! Стыдно не знать.)

И потом – по какой причине бунтовать?! Вот эти – в Подмосковье – чего всполошились? Пахнет им, видите ли! А кому сейчас не пахнет? Вы думаете, у нас в агломерации не воняет? Я нашу агломерацию имею в виду – Провальные тупики и Поперечные проезды. Пахнет у нас, да еще как, особенно летом. Оно и понятно: мусор-то в овраг сносим, оттуда и несёт. А как прошлым летом опрокинулась на Поперечном проезде машина-говновозка, вообще чуть не задохнулись! Но притерпелись, попривыкли. Проще надо быть, тогда и запах не учуешь. И еще – наш народ в великой мудрости своей не зря придумал пословицу «Своё г…. не пахнет». А если пахнет, значит, чужое, не наше. Тут я призадумался: если не наше, то чье? Неужели оттуда? Но сам же и остановил себя, надо эту мысль тщательнее продумать, а потом и написать куда следует.

Нет, уж если бунтовать, то нужны веские причины. Чтобы случилось такое, что за горло простой народ взяло. Конечно, при нынешнем мудром руководстве такое невозможно. Но отдельные поползновения нами замечены: уважаемый депутат товарищ Тарасенко Михаил Васильевич что удумал, даром, что от самой правильной партии. Удумал он вот что: запретить сначала продавать пиво в полторашках, потом в литровых бутылках, а разрешить продавать пиво только в пол-литровых бутылках. Пол-литра пива – это же просто смешно! Вот по такой важной причине и может взбунтоваться народ. С другой стороны, можно как прежде ходить за пивом с бидончиком или, если деньги есть, с канистрой. Тогда и бунтовать не будет причины и можно будет признать, что предложение товарища Тарасенко очень дельное, важное для страны и своевременное.

Немногие радости

Внука своего я не ждал, к нам сейчас только на вертолете добраться можно, а откуда у него вертолет. А так мог бы приехать, рассказать, чего хорошего в стране творится и чего плохого в других странах. Правда, подозреваю я, что делает это он с издевкой, пользуется моим простодушием. Потому стал я самостоятельно вспоминать хорошие события. Их было не так много, что странно, возможно, по той причине, что мы были отрезаны от большой земли. Всего хороших событий я насчитал три.

Первое – исполнилось уже шесть лет, как над нами поставлен народный губернатор Валерий Васильевич наш Радаев. Многое переменилось за эти годы: расцвела родная земля, как грибы растут на каждом шагу новые заводы, колосятся нивы, бродят по пастбищам тучные стада. И вообще, всё очень хорошо, а будет еще гораздо лучше. И соратники под стать Валерию Васильевичу – старательные, деловитые и большинство по-прежнему на свободе.

Другое радостное событие – решение участи кемеровского начальника товарища Тулеева Амана Гумировича. Не бросили его в трудный для него час, только написал он прошение об отставке, как его тут же депутатом назначили. А там, глядишь, и станет председателем над депутатами. И это правильно: как же проживет область без его ума и опыта? А то, что враги пишут, мол, передвигается он с трудом, так ему не эстафету бежать, а увеличивать процветание вверенной ему области. Он двадцать с лишним лет над этим трудился и сейчас продолжит. Радостно мне было за кемеровских жителей.

Но больше всего мне запомнилось мудрое решение наших депутатов под руководством нашего великого земляка товарища Володина. Надо понимать, что решение это было принято в трудную для страны минуту, когда враги опять окружили нас кольцом и англичане совсем распоясались. Но не побоялись депутаты и постановили – разрешить людишкам бесплатно собирать в лесу валежник. Правда, не сразу, с 19-го года: наверное, приняли во внимание напряженную международную обстановку. И сами депутаты были довольны своей работой. Исаев Андрей Константинович так и сказал, что у него «просто радуется сердце». «Это значит, его (валежник в смысле) можно будет свободно собирать для отопления своих домов. Это не только решает социальную проблему для людей, но это очень важное решение для экологии. Мы, фактически без бюджетных затрат, обеспечим очистку леса», – эти его слова я записал в заветную тетрадь и обвел рамочкой. И еще раз я пожалел, что внука нет рядом. Потому как возник у меня вопрос: хворост и валежник – это одно и то же? Если разрешили собирать валежник, то можно ли собирать еще и хворост? «Лошадка, везущая хвороста воз» – это законно или, наоборот преступление против основ? Но некому было ответить на мои вопросы.

Сами-то мы валежник не собираем – незачем нам, да и далеко. Самое ближнее место – посадки на Пыльном тракте. Только когда я там был прошлым летом, никакого валежника не нашел. Бутылки пустые, да, валялись. Еще было понятно, что рядом туалета нет. Да и от самих посадок мало что осталось, пеньков больше. Но это всё – детали, и им не заслонить нашей общей большой радости. Ясно же, что от такого решения наша жизнь станет значительно лучше. Потом, глядишь, еще что-нибудь разрешат.

Источник: https://fn-volga.ru/newspaperArticle/view/id/7690