КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Новоузенская аномалия



 Новоузенская аномалия

Новоузенский район редко становится источником новостей. Окраинный район, граничащий с Казахстаном, численность населения, которого, за последние 28 лет снизилось на 11 процентов. Сейчас здесь проживает около 30 тысяч человек, что почти в два раза меньше, чем во Фрунзенском, наименьшем, районе Саратова. Однако, сейчас у Новоузенского района появился шанс прославиться. В нем наблюдается сразу две аномалии, одна из которых тянет на сенсацию мирового масштаба.

 Скотокрады

Осенью прошлого года в Новоузенском районе были задержаны члены преступной группы похищавшей скот в основном в Новоузенском и Алгайском районах. Впрочем как минимум однажды, скотокрады решились на гастроль в достаточно отдаленном для них районе – Марксовском. Там в ООО «Сысоевский» было угнано 12 лошадей и 13 голов крупного рогатого скота. Ущерб, нанесенный хозяйству составил около 1 миллиона рублей. В настоящее время в Новоузенском районном суде проходит два процесса по участникам этой группы.

Уголовное дело в отношении Искалиева выделено в отдельное производство, в связи с тем, что он заключил сделку со следствием и к нему был применен особый порядок судопроизводства. По второму на скамье подсудимых оказалось 11 человек. По делу также проходят 21 потерпевший и имеется столько же эпизодов по кражам. 12 подсудимым вменяют в вину преступления, предусмотренные разными частями ст.158 УК РФ «Кража». По версии следствия группа совершала хищения лошадей и коров, причем по отдельным эпизодам похищались сразу по нескольку десятков голов.

По странному стечению обстоятельств, следствие не вменило в вину участникам группы ст. 210 УК РФ «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)». Статья подразумевает совершение одного или нескольких тяжких преступлений, наличием устойчивых связей в группе, разработкой планов и создания условий для совершения преступлений. Кажется, группа скотокрадов идеально соблюла все необходимые обстоятельства для привлечения ее членов по ст.210 УК РФ. Однако видимо у следствия сложилось иное мнение на этот счет.

Заколдованное место

Из 12 участников группы – 7, в том числе Искалиев, находятся под стражей. Примечательно, что в числе пяти подсудимых, мера пресечения для которых не связана с лишением свободы, находится и лидер группы Базралиев. Ему была избрана мера пресечения – домашний арест. Следует отметить, что Базралиев – человек неординарный. По версии следствия, он руководил преступной группой из 11 человек, которая на протяжении 2017 года похищала скот в разных районах области. При этом, согласно справки, предоставленной адвокатом Базралиева суду, он страдает болезнью Паркинсона. Однако, несмотря на болезнь, воля и физические кондиции этого человека, согласно версии следствия, позволяли ему держать в повиновении 11 скотокрадов.

Вероятно, Базралиев обладает не только сильной волей, но и незаурядным обаянием. Иначе чем объяснить, тот факт, что он сумел внушить судье, что домашний арест является адекватной для него мерой пресечения, в то время, как 7 его сообщников, бывших, по версии следствия у него в подчинении, находятся под стражей? Но главная особенность Базралиева заключается в том, что он стал носителем особой формы болезни Паркинсона до сих пор науке неизвестной. Симптомы заболевания проявляются у Базралиева только в зале судебного заседания. В остальное время, он производит впечатление вполне здорового человека. Вне зала судебного заседания Базралиев уверенно перемещается, самостоятельно поднимается по лестнице и вообще никак не демонстрирует каких либо симптомов заболевания. Болезнь поражает Базралиева только в зале суда. С началом заседания Паркинсон обрушивается на подсудимого с такой силой, что не всегда позволяет ему вставать при входе в зал председательствующего.

Как пояснил «Саратовскому репортеру» заведующий кафедрой правовой психологии, судебной экспертизы СГАП Георгий Колоколов: «Клиническая картина болезни Паркинсона на тяжелых стадиях характерна следующими проявлениями: акинетико-регидным, амиостатическим синдромами. Внешне это проявляется замедлением произвольных движений, которые достигают различных степеней, вплоть до невозможности садиться вставать, двигаться. А также выпадением содружественных движений: отсутствием движений рук при ходьбе, поворота головы в сторону взгляда и т.п.». Следует отметить, что все эти симптомы у Базралиева отсутствуют. Уникальность его заболевания проявляется в нехарактерных для болезни Паркинсона симптомах: сильном треморе и невозможности вставать при входе судьи. На обеденный перерыв Базралиев следует самостоятельно и бодро. Причем эти симптомы проявляются только в зале Новоузенского суда и только во время заседаний. Злые и циничные люди могли бы предположить, что подсудимый неумело симулирует симптомы болезни, но в уголовном деле имеется медицинская справка о его заболевании. Поэтому, мы отметаем не только эту версию, а саму мысль о том, что Базралиев симулирует болезнь, а судья Вадим Соловьев, председательствующий на процессе, при принятии решений руководствуется липовой справкой и неумелой симуляцией. Нехарактерные для болезни Паркинсона симптомы безусловно стали следствием загадочной аномалии присутствующей в одном из залов Новоузенского районного суда.

Эта уникальная аномалия действует не только в медицинской, но и в юридической плоскости, причем на отдельных участников процесса. 17 октября в ходе процесса рассматривался вопрос об избрании меры пресечения подсудимым. Рассмотрение меры пресечения для Базралиева было назначено после обеденного перерыва. За полтора часа до вынесения судьей решения Базралиев нарушил возложенные на него ограничения. Прямо перед крыльцом районного суда Базралиев подошел к группе мужчин состоявшей из потерпевших и одного из их представителя Бориса Черноморца и обратился к ним со словами, которые можно было истолковать как угрожающие. Инцидент произошел на глазах у сотрудницы УФСИН, которая сопровождает подсудимого в суд, а также составляет ему компанию в ресторане во время обеденного перерыва. Согласно условиям меры пресечения, вынесенной в отношении него, Базралиев не имеет право общаться с участниками процесса, кроме своего адвоката.

При обсуждении вопроса о вынесении меры пресечения Черноморец попросил судью запросить УФСИН сведения с видеорегистраторов в зале суда и на крыльце суда. По данным представителя потерпевшего, Базралиев, в перерывах между заседаниями общался с другими подсудимыми. Для рассмотрения ходатайства Соловьев объявил перерыв и покинул зал. В перерыве Базралиев, по видимому находясь под действием болезни, прямо в зале суда позволил себе громкие нецензурные высказывания в адрес некоторых участников процесса и присутствующих. Впрочем, возможно, подобные действия были вызваны не болезненным состоянием, а обстановкой вседозволенности, созданной вокруг подсудимого. То, за что в принципе можно схлопотать 15 суток, вызвало со стороны секретаря судебного заседания лишь мягкий укор. «Вы где находитесь? Ведите поприличней себя», – к этим фразам свелись все порицания с ее стороны в адрес распоясовшегося подсудимого.

Впрочем возможно, это уже начала действовать Новоузенская судебная аномалия, очевидные следы которой проявились спустя несколько минут, при возобновлении судебного заседания.

Судья Соловьев отказал в ходатайстве об истребовании материалов видеофиксации. Мерой пресечения для Базралиева был вновь избран домашний арест. При этом, Соловьев повторил наложенные на него ограничения, в числе которых был и запрет общаться с другими участниками процесса за исключением адвоката. То есть те ограничения, которыми подсудимый демонстративно пренебрег пару часов назад. Что же касается нарушений наложенных ограничений, судья рекомендовал представителю потерпевшего обращаться с соответствующим заявлением в УФСИН. Поскольку логикой и здравым смыслом подобное решение объяснить трудно, то можно опять вспомнить загадочную аномалию, действующую в зале Новоузенского суда.

Если кто-нибудь, захочет разобраться в природе этой странной аномалии, редакция готова предоставить аудиозаписи из зала суда, а также видеозаписи с чудесно исцелившемся Базралиевым на улице и инцидентом перед крыльцом суда. На записи с судебных видеорегистраторов видимо рассчитывать не приходится.

При вынесении меры пресечения Соловьев сослался на постановление Правительства РФ №3 от 14.01.2011 «Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений». При этом судья сослался на п.31 раздела 6.: « Болезнь Паркинсна код G20-G21, входит в перечень заболеваний, препятствующих содержанию Базралиева в условиях следственного изолятора», – зачитал Соловьев в ходе судебного заседания. На самом деле в указанном постановлении Правительства РФ такого пункта нет. Пункт 31, который вероятно имел ввиду судья содержится в Перечне заболеваний препятствующих отбыванию наказания, который утвержден Постановлением Правительства РФ №54 от 06.02.2004 и подвергся редакции в Постановление Правительства РФ №598 от 19.05.20017. Это постановление касается не содержащихся под стражей обвиняемых, а отбывающих наказание и к Базралиеву применимо быть не может. Но случайно или умышленно, цитируя п.31 Постановления, судья опустил важную формулировку. На самом деле этот пункт в постановлении выглядит так: «31. Болезнь Паркинсна с выраженным акинетико-ригидным синдромом G20-G21».

Таким образом, постановление об избрании меры пресечения Базралиеву было основано не на постановлениях правительства и не на поведении подсудимого, нарушающего наложенные ограничения, а по иным, неведомым пока мотивам. Одним словом – аномалия.

Фрейд и Паркинсон

Считается, что мнение о степени виновности подсудимых и о тяжести содеянного складывается у судей к окончанию процесса. По крайней мере, так должно быть. Но вот формируется мнение в ходе всего процесса. Судья, так или иначе, в ходе рассмотрения материалов дела уже мысленно дает оценки тем или иным показаниям и доказательствам по делу. То, что судья Соловьев в постановлении об избрании меры пресечения цитирует перечень заболеваний, препятствующий отбывать наказание – возможно не случайно. Как говориться: оговорочка по Фрейду. Что ж давайте и мы вернемся к пресловутому п.31 указанного Постановления: «П.31. Болезнь Паркинсна с выраженным акинетико-ригидным синдромом G20-G21». В этом пункте четко указывается, что само наличие заболевания не может служить препятствием к отбыванию наказания. Заболевание должно вступить в стадию, где ярко выражен акинетико-ригидный синдром. Кроме того, постановление содержит правила медицинского освидетельствования осужденных, представляемых к освобождению от наказания в связи с болезнью. То есть, освободиться по этому постановлению, из мест лишения свободы можно, но сначала туда надо попасть. Само заболевание, даже острой стадии, не может служить основанием для избрания наказания не связанным с лишением свободы.

Новоузенский процесс над скотокрадами обещает быть долгим и есть надежда, что приговор основан на букве закона, а не на компиляции различных правовых актов.

Приговор по серийным скотокрадам в животноводческом районе будет иметь огромное значение. Приговор может восстановить справедливость или подорвать доверие к органам власти и создать социальную напряженность. Кроме того, необоснованный приговор может послужить различного рода уголовникам со справками и без сигналом к тому, что государство за преступления теперь не карает, а лишь мягко журит. Учитывая большое социальное значение этих дел для Новоузенского района редакция «Саратовского репортера» будет следить за ходом судебного процесса.

Источник: http://www.rsar.ru/index.php/novosti/item/1495-novouzenskaya-anomaliya