КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Станиславу Невейницыну не отдали “родственный” актив Владимира Ковыряева



Станиславу Невейницыну не отдали

Арбитражный суд Саратовской области не удовлетворил требование ООО “ЭПК” – актив бизнесмена Станислава Невейницына, согласно которому компания пыталась включить в реестр требований кредиторов должника при банкротстве своего бывшего руководителя Владимира Ковыряева сделку. Она никак не относится к самому гендиректору. Речь идет о покупке автомобиля бывшей сожительницей Ковыряева Натальей Чирковой.

Основанием для обращения в суд с иском о банкротстве Владимира Ковыряева стали решения саратовского арбитража, согласно которым бывшего топ-менеджера компании признали виновным в том, что компания понесла убытки. От его действий, согласно решениям суда, компания потеряла более 20 млн рублей убытков.

Напомним, дело о банкротстве Владимира Ковыряева ведет судья Юлия Федорова. Наталья Чиркова оказалась в этом процессе потому, что ее бывший сожитель якобы оплатил покупку ее автомобиля Mersedec. Информацию о сделке “ЭПК” получила во время расследования уголовного дела в отношении Ковыряева, когда дело передали в ГСУ ГУ МВД по Саратовской области. Следователь Алина Выпова 22 июля 2019 года составила и направила в рамках расследования в “Альфа-Банк” запрос о предоставлении информации по расчётам по сделке купли-продажи Чирковой автомобиля. Примечательно, что автомобиль никогда не являлся предметом расследования по уголовному делу в отношении Ковыряева, а Чиркова не имела по нему никакого статуса. А затем справка из банка каким-то образом оказалась у другого бывшего директора “ЭПК” Сергея Магана, представившего ее в арбитражный суд. Представители “ЭПК” же уверяют, что о сделке им стало известно от арбитражного управляющего, занимающегося банкротством Ковыряева.

Представители истца начали свое выступление с вопроса оценки ”подаркоспособности” бывшего руководителя “ЭПК”. Для этого суду предъявили копию выписки из ЕГРП от 6 июля 2015 года, согласно которой ответчик купил квартиру стоимостью более 3 млн рублей. Потом была выписка по счетам ООО “Фторс”, учредителем которой являлся Ковыряев. Из документа следует, что владелец фирмы предоставил несколько займов собственной фирме в 2014-2015 годах в общей сумме 2 млн рублей.

После этого были озвучены сведения из ГИМС ГУ МЧС по Саратовской области, согласно которым в 2014 году Ковыряев владел шестью маломерными судами.

В 2019 году “ОМ” сообщал, что в 2019 году Станислав Невейницын требовал признать право собственности на якобы принадлежащий ему катер, которым, как считал бизнесмен, завладел Ковыряев. Также он требовал от ГИМС ГУ МЧС провести перерегистрацию транспортного средства на свое имя. Владимир Ковыряев утверждал обратное – судно он купил в 2003 году, а Невейницын им завладел. Более того, существует решение Фрунзенского районного суда, которое гласит, что настоящим владельцем судна является Ковыряев, а никак не Невейницын. Судья Волжского райсуда Дмитрий Серов удовлетворять иск Невейницына не стал, фактически признав владельцем судна во второй раз Ковыряева. В 2016 году к такому же решению пришел и Фрунзенский райсуд. Затем аналогичное решение озвучил Саратовский облсуд. То есть, по сути, суды двух инстанций признали, что Станислав Невейницын незаконно завладел судном, ведь, как было установлено во время судебных тяжб, оно находилось на его туристической базе “Авангард”.

Затем прозвучали еще некоторые сведения, оформленные документально, а после и вовсе началась “история семейной жизни Ковыряева”.

“Всю историю жизни рассказывать не нужно. Сконцентрируйте тенденции, которые хотите, чтобы суд услышал”, – прервала представителя Федорова. На это она услышала ответ, что Ковыряев совершал сделки с недвижимостью, движимым имуществом, хотя средств таких у него не должно было быть. “Так он подарил деньги или автомобиль?” - попыталась понять логику истца Юлия Федорова.

“Если по-человечески – то автомобиль, если раскладывать сделку на юридические компоненты – то он освободил ее от необходимости тратить деньги”, – услышала она ответ представителя. Также, по мнению истца, срок исковой давности по этому заявлению не истек, ведь он начинает отчитываться с момента появления информации о сделке, а не с самой сделки.

Представитель Чирковой Светлана Сердюкова заявила, что сделка по приобретению автомобилю Чирковой – стандартная. “Она имела деньги для приобретения автомобиля и купила его. Что касается срока исковой давности, хочу обратить внимание, что сторона рассказывает о событиях чуть ли не до сегодняшнего дня. То, что сторона ссылается на 2011 год, то почему же с того временного промежутка не были предприняты попытки по восстановлению нарушенного права? Я речь веду о сроке исковой давности. Несовершеннолетние дети наверняка вписаны в его рабочую карту. Говорить о том, что обстоятельства о приобретении автомобиля стали известны в 2019 году… Наверное, они были известны или должны были быть известны. Полагаю, что возможно отказать в удовлетворении требований”, – выступила представитель.

Она также обратила внимание, что арбитражный управляющий по делу о банкротстве Ковыряева узнал о сделке по покупке машины только в 2020 году, в то время как “ЭПК” подала иск о включении сделки в реестр требований в сентябре 2019 года. То есть это опровергает все доводы “ЭПК” о том, что они узнали об этом от арбитражного управляющего, и то, что срок исковой давности нужно отсчитывать с момента получения этих сведений от спецсубъекта.

Представитель Владимира Ковыряева Абиль Рзаев подчеркнул, что Чиркова являлась учредителем “ЭК-Строй”, юридическим адресом которого значится проспект Химиков, 1. По этому же адресу зарегистрирована “ЭПК”, то есть не знать о том, что у владельца их “бизнес-соседа” новый автомобиль, там не могли.

“В 2015 году сторона могла проверить, а не Ковыряев ли подарил эту машину.
А также чем доказывается, что была сделка дарения? Дарение денег или автомобиля не определились, но дарение было!
Иск считаю необоснованным. При этом непонятно, что необоснованно – сделка дарения машины или денег”
, – выразил мнение адвокат.

“Хотела бы обратить внимание, что сторона не оспаривает платежеспособность Чирковой. Тогда как же активная коммерческая деятельность Ковыряева мешает купить автомобиль Чирковой самостоятельно?
Ковыряев не обладал финансами, чтобы купить такую машину”
, – подчеркнула его представитель Жанна Ростошинская. В подтверждение своих слов она приобщила справки о его доходах с 2003-го по 2014 годы.

Истец в обоснование своей позиции о том, что Ковыряев, по сути, подарил Чирковой автомобиль, заявил, что у них есть общие дети. Светлана Сердюкова на это ответила, что общие дети не обязывают ее доверительницу нести ответственность за Ковыряева. Кроме того, если следовать такой логике, то вовсе можно привлекать всех его родственников.

Заслушав все доводы, Юлия Федорова в удовлетворении иска отказала. Возможно, она согласилась со словами Абиля Рзаева, что “ЭПК” не смогла доказать факт дарения автомобиля.

https://om-saratov.ru/economy_article/16-march-2020-i83743-aktiv-stanislava-neveinicyna