КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



Стратегический психоз



ipatov_580Вот уже шесть долгих лет Павлу Леонидовичу не давал покоя один вопрос: куда ему вести регион? К чему стремиться и, главное, как не сбиться с верного пути, не свернуть на кривую дорожку бюджетного дефицита и стагнации? Но сколько бы ни смотрели в звездное небо и на чиновничьи отчеты лучшие экономисты области и страны, какие бы советы они ни давали, губернатор так и не разрешил своих сомнений.

Долгосрочная стратегия социально-экономического развития области давно стала для саратовцев чем-то вроде родового привидения — все знают, что она где-то есть, но в глаза ее никто никогда не видел. Собственно, документ этот за последние 20 лет не пытался написать только ленивый. Да что уж там, каждый мало-мальски подкованный в экономических вопросах чиновник правительства в определенный период своей карьеры начинал делать наброски и чертить схемы в надежде, что когда-нибудь ему удастся собственноручно расписать судьбу губернии на ближайшие 5, 10, а то и 15 лет. Но, несмотря на такое рвение и армию желающих, ни одной стратегии за эти годы так и не было принято.

День сурка

Первые шаги в борьбе с неизвестностью в судьбе родного региона предпринял еще Дмитрий Аяцков. Не без его участия в далеком 2000 году в Саратовской области появился первый стратегический план развития, рассчитанный сразу на 10 лет. Соавтором и руководителем проекта выступил экс-министр экономического развития губернии Александр Степанов. План он представил Совету по экономическому развитию при губернаторе и даже ухитрился получить одобрение со стороны тамошних экспертов. Тем не менее, документ мало кто воспринял всерьез. Едва пережив смутные 90-е, люди боялись строить планы даже на завтрашний день, а десятилетний план казался попросту немыслимым. А потому до утверждения стратегии на заседании правительства дело так и не дошло. На этом г-н Аяцков решил остановиться и больше не искушать судьбу столь неумелыми предсказаниями.

Вторую попытку выбрать для губернии путеводную звезду предпринял уже Павел Ипатов, который всего через пару месяцев после вступления в должность одобрил проведение стратегических сессий с участием чиновников и представителей крупного и среднего бизнеса, организованных школой бизнеса «Диполь». Разномастные стратеги должны были сформулировать проблемы региона и его ведущих отраслей, а также найти для них конкретные решения. Итогом этих сборищ стал набор уже известных всем общих фраз, и до создания какого-то документа дело опять-таки не дошло.

Но Павел Леонидович был настроен решительно и уже через год вновь озаботился стратегией развития региона. На этот раз подход к делу был куда более серьезным и вполне мог привести к успеху. Конкурс на разработку региональной стратегии до 2020 года выиграла московская аудиторско-консультационная группа «Развитие бизнес-систем» (РБС). Эта фирма согласилась выполнить требуемую работу «всего» за 1,5 млн рублей, хотя цена ее услуг была в 2—3 раза выше. И хотя в те годы даже эта сумма была непозволительной роскошью для областной казны, заполучить профессионалов за полцены — редкая удача, не воспользоваться которой просто глупо.

Предметом конкурса был начальный этап разработки стратегии — анализ социально-экономической ситуации в области, а также определение ключевых проблем и путей их решения. На это специалистам АКГ «Развитие бизнес-систем» было отведено полгода, и точно в срок на стол министра экономики области упал пухленький том стратегии развития региона. Вот только содержание этого тома саратовским чиновникам не понравилось.

Сырьевой придаток

Если, занимая пост губернатора, Павел Ипатов и понимал, что в области все плохо, то после прочтения стратегии РБС понял, что ошибался. На самом деле все гораздо хуже. Оказалось, Саратовская область — это вовсе не передовой во всех отношениях регион и даже не будущая столица Поволжья, как говорили ему министры, а всего-навсего «аграрно-индустриальный» регион, «относящийся к категории депрессивных». С одной стороны, этот вывод специалистов РБС во многом объяснил те внутренние парадоксы региона, которые все это время не давали покоя саратовцам. Но с другой — ввел в депрессию все руководство области.

От московских аналитиков они узнали, что объем ВРП у нас хотя и растет впечатляющими темпами, но и соседи не стоят на месте, поэтому вклад региона в валовой продукт округа и России снижается. При этом в области высоки инвестиционные риски, падает численность занятых в экономике, миграция не может покрыть отток населения. С 2004 года бюджет области дефицитен. Доля собственных доходов неуклонно снижается. Бюджетную сферу области можно охарактеризовать как нестабильную.

Промышленный рост, которым мы так гордились, как выяснилось, вызван вовсе не развитием местного производства, а крупными заказами сырьевых экспортеров, которые размещаются на наших промышленных предприятиях. Но так как мы производим не конечный продукт с высокой добавленной стоимостью, а компоненты и комплектующие, то на нашем внутреннем рынке доминируют производители из других регионов, в экономику которых мы и вливаем деньги. Неконкурентоспособна область и по общему объему иностранных инвестиций. И, наконец, естественная убыль населения за 14 лет составила почти 250 тысяч человек, а детей при этом рождается почти в два раза меньше, чем требуется для замещения поколения родителей.

Однако, несмотря на столь пессимистичное заключение, столичные консультанты предложили саратовцам несколько сценариев дальнейшего развития области, следуя которым вполне можно было не только преодолеть кризис, но и добиться роста. Разнились только методы, о которых вполне явно говорили сами названия сценариев — «Инерционное развитие», «Отказ от аграрной специализации» и «Локомотив прорыва». Идея второго сценария вызвала такую бурю эмоций у правительственных экономистов и аграриев, что все дальнейшее обсуждение стратегии свелось к защите интересов саратовских фермеров. Чтобы не доводить до греха, остановиться решено было на третьем варианте.

Под звуки органа

И вот тут приключилась первая неожиданность. То ли московские консультанты так сильно напугали своими идеями местных «экспертов», то ли были иные причины, но стратегия авторства РБС была отвергнута. Таким образом, мы не только потеряли 1,5 млн бюджетных рублей, но и, как позже выяснилось, упустили последнюю возможность найти выход из кризиса, в котором область пребывает по сей день. Отказ правительства можно было бы понять, если бы в работе, проделанной РБС, нашлись какие-то недостатки или противоречия. Но никаких претензий к стратегии высказано не было. Тем более, что Саратовская область — далеко не первый регион, воспользовавшийся услугами компании (специалистами РБС реализованы проекты для более чем 30 субъектов РФ), и наши соседи были довольны ее работой.

Вполне возможно, что проблемы с продуктом РБС связаны вовсе не с подходом авторов к саратовским аграриям и не с качеством документа, а с таким простым обстоятельством, как г-н Жандаров. В тот же год, когда область объявила упомянутый конкурс, компания РБС и Александр Жандаров, занимавший на тот момент пост министра инвестиционной политики, договорились о запуске в регионе проекта строительства крупного логистического центра класса «А» бюджетом до 100 млн евро. При этом деньги, идеи и  расчеты по договору взяла на себя АКГ «РБС», а вот генподрядчика-оператора предложил москвичам Жандаров. Его выбор почему-то пал на некую ижевскую фирму «Кантек», работающую преимущественно на бюджетных стройках Удмуртии. Вопрос с землей в Саратовском районе решился быстро, и строительство уже вот-вот должно было начаться, но с оператором неожиданно возникли трудности. Искать нового подрядчика г-н Жандаров не стал, и проект был благополучно похоронен. А немногим позже оказалась «завернута» и стратегия, разработанная РБС.

Деньги были потрачены впустую, стратегия забыта и отправлена пылиться в областной архив, а губерния продолжила движение в никуда.

Хорошая вещь — привычка

Едва утих скандал вокруг потраченных впустую миллионов, как весной 2008 года появились официальные сообщения о том, что «научно-исследовательские работы по разработке «Стратегического плана социально-экономического развития Саратовской области до 2025 года» выполнит консалтинговая группа «РОЭЛ Консалтинг». Уже осенью того же года фирма представила свои разработки саратовцам. Московские консультанты также предложили на выбор облправительству три сценария: инерционного развития, ресурсно-инвестиционного развития и инновационного развития.

Зная любовь наших чиновников к слову «инновации» и всему, что с ним связано, несложно догадаться, какой именно путь они выберут. Как сообщили разработчики стратегии, «сценарий инновационного развития предполагает прорыв в достижении качественно нового уровня конкурентоспособности экономики области на базе инноваций и развития новых бизнесов». Региональная экономика при таком подходе должна выйти на траекторию роста с темпом 8-8,5% в год, а сама область к 2025 году превратиться в «один из наиболее развитых промышленно-аграрных регионов страны, привлекательный и комфортный для жизни населения».

Но и тут что-то пошло не так. Стратегический план в правительстве заслушали, вроде бы как одобрили, но так же незаметно положили в долгий ящик. А с началом кризиса о нем и вовсе позабыли. Равно как и о тех миллионах, которые были за него заплачены.

И вот после двух лет тишины в начале марта 2,011 года на базе ГАОУ «СарИП-КиПРО» проводится круглый стол в режиме видеоконференции по теме «Обсуждение проекта «Стратегия социально-экономического развития Саратовской области до 2025 года». Кто именно является разработчиком этого проекта, правительством не уточняется, да и, по сути, это уже не столь важно. Куда важнее то, что это будет уже пятая (!) стратегия социально-экономического развития региона за последние одиннадцать лет.

Но и это еще не все. В конце марта в Торгово-промышленной палате Саратовской области состоялось обсуждение итогов социально-экономического развития губернии за 2010 год. В ходе своего выступления президент ТПП Максим Фатеев предложил подумать над разработкой программы, определяющей промышленную политику региона.

— Это должен быть хорошо проработанный документ, суммирующий федеральные целевые программы, в которых мы участвуем, приоритетные направления деятельности, меры господдержки, — отметил Фатеев. — Палата готова предоставить для этой работы своих специалистов, подключить научное и бизнес-сообщество. Такая программа нужна региону — всем необходимо видеть перспективы.

Стремление Максима Альбертовича к порядку и гармонии в промышленной сфере области, конечно, похвально. Но вот в положительный исход этой затеи верится с трудом. Ведь в действительности региону, который вот уже пять лет запрограммирован на финансовый коллапс, не нужны стратегии и программы развития. Все уже давно спланировано нашими кредиторами, а чтобы оценить перспективы, которые ждут Саратовскую область в ближайшем будущем, ни к чему специальные исследования. Если в том же 2007 году, когда проводила свои анализы компания РБС, область еще можно было попытаться превратить из «депрессивной» в «развивающуюся», то сегодня, когда долги губернии растут в 6,5 раза быстрее, чем ее ВРП, расходы бюджета на региональную экономику всего за год сокращаются на несколько миллиардов рублей, а вместо индустриализации сельского хозяйства чиновники «кидают» фермеров, пострадавших от засухи, речь может идти только о выживании региона.

Разве хоть один из разработчиков этих многочисленных стратегий рекомендовал нашему правительству начать социализацию областного бюджета и сократить расходы на региональную экономику? Или повышать доходы казны за счет государственных заимствований, постепенно затягивая на собственной шее долговую удавку? И уж точно не советовали в сложный посткризисный период отворачиваться от саратовских предпринимателей, бросив их без господдержки на растерзание алчных монополистов. Мы до всего дошли сами. И вряд ли свернем с намеченного пути.

Справка «Времени»

Некоторые пути выхода Саратовской области на рубежи устойчивого экономического роста и преодоления депрессивности:

— развитие производственного потенциала (промышленность и АПК),

— создание взаимодействующих кластеров в АПК, генерирующих внутри разработку новейших технологий, в частности, биотехнологий. В промышленности ускоренное развитие должно сопровождаться внедрением научных разработок внутри системы взаимодействующих промышленных кластеров. Это позволит создавать продукцию, способную конкурировать как на российских рынках, так и на мировых,

— формирование научно-производственного комплекса,

— развитие промышленности и АПК должно осуществляться одновременно,

— развитие инфраструктурного комплекса (транспорт, складское хозяйство, информационно-коммуникационные услуги),

— формирование и развитие международных транспортно-логистических и информационных комплексов,

— формирование эффективной региональной управленческой системы,

— управленческая система призвана повысить уровень конкурентоспособности области и создать условия для ее планомерного (без взрывов и потрясений) перехода в индустриальный тип с элементами постиндустриального.

(Из «Стратегии социально-экономического развития Саратовской области до 2020 года») 

 

источник:Светлана Гетало, “Время” (04.04.2011)