КомпроматСаратов.Ru

Нет ничего тайного, что ни стало бы явным                         

Домашняя библиотека компромата Дениса Меринкова

[Главная] [Почта]



«Голодные» игры со школьной картой



«Голодные» игры со школьной картой
В сфере образования Саратовской области вновь назревает скандал. Вопросами школьного питания и безопасности учащихся займутся правоохранительные и надзорные органы. Поводом для этого стал конфликт между участниками рынка электронных услуг, которые предоставляются школам. Компания “Кибер-карта”, работающая в этой сфере, обратилась в облпрокуратуру и УФСБ с заявлением против своего основного конкурента ООО “Школьная карта”. Фирма обвиняет общество и его руководителя Олега Урбанского в мошенничестве, связанном с нарушением авторских прав и присваиванием технологий, являющихся коммерческой тайной и собственностью “Кибер-карты”, зарегистрированных как ноу-хау. Однако этот конфликт является следствием процессов, происходящих в сфере образования при внедрении электронных услуг. По сути, в него втянуты не только школы, учителя и родители, но и чиновники, различные посредники и компании, каждый из которых отстаивает свои, порой далекие от образования, интересы.“ИННОВАТ”ционный интерес
Социальный проект “Школьная карта” стартовал на федеральном уровне еще в 2011 году как система контроля доступа, безналичной оплаты школьного питания и электронного дневника. Разработчики занялись такими вопросами, как безопасность, питание, учет успеваемости школьников.
Вскоре интерес к этим системам возник и в регионах. В Саратовской области одним из первых разработчиков, операторов и поставщиков электронных услуг в школы стало ООО “Кибер-карта”.
__________
По данным из открытых источников, учредителями его являются некие – Юрий Мусаликин и Валентина Волошина. В разное время руководили фирмой и являлись ее совладельцами Давид Саркисян, Артур Адян и Владимир Киракосян. Последний считается основателем “Кибер-карты” и остается аффилированным с ней лицом. По крайней мере он этого не скрывает. Основным видом деятельности компании является использование вычислительной техники и информационных технологий.
__________

Несмотря на отсутствие Киракосяна в составе учредителей “Кибер-карты”, именно с ним во многом связан “электронный” конфликт. В 2016 году он выступил с интервью. Именно в нем он впервые публично назвал своих конкурентов – ООО “Школьная карта”. Тогда эту компанию он назвал фейком. Однако пути “Кибер-карты” и “ШК” пересеклись двумя годами ранее, когда “Школьная карта” заключила договор оказания услуг по обслуживанию и сопровождению программного комплекса системы “Кибер-карта”. Сотрудничество продлилось недолго, и уже в конце 2014 года Киракосян обратился в правоохранительные органы. В заявлении он просил привлечь к уголовной ответственности своего бывшего заместителя – Сергея Шульгу, который за его спиной якобы вел переговоры с конкурентом. “Кибер-карта”, по словам Киракосяна, понесла тогда убытки в размере 40% от суммы договора в 2,7 млн рублей.
После этого “Школьная карта” не проявлялась, а в 2016 году, как рассказывает сам Киракосян, он узнал, что она начала внедрять в школах Саратова аналогичную систему. “Но они не являются оператором, потому что их стандарт карты не позволяет хранить 17 носителей данных. Мы пришли к выводу, что их деятельность направлена просто на сбор денег с родителей. По сути, это ничем не отличается от сбора наличных средств на питание, только в случае со “Школьной картой” (“ШК”) родители переводят деньги на счёт компании, а не сдают их на руки классному руководителю“, – рассказал в интервью “Деловому Саратову” Киракосян.
Следующее столкновение с конкурентами у “Кибер-карты” произошло после того, как один из топ-менеджеров ушел к конкурентам, и не просто ушел, а в начале 2018 года возглавил “ШК”. Этим топом был Олег Урбанский.
__________
“Школьная карта” появилась на саратовском рынке информационных технологий через год после “Кибер-карты” – в 2013 году. Ее совладельцами сейчас являются Светлана Резугина, Юлия Зубкова. Ранее учредителями также были Светлана Чернышкина, ее дети – Татьяна и Дмитрий Чернышкины и Оксана Лусникова. Основным видом деятельности “Школьной карты”, если судить по учредительным документам, названы не информационные технологии, а общественное питание и организация питания.
__________

Олег Урбанский иначе оценивает направление деятельности “ШК”:
“Наша компания специализируется в IT сфере и сфере информационных услуг (про питание Урбанский видимо забыл. – Прим. “ОМ”) и является официальным дилером в Саратовской области компании ООО “Инноват”. В свою очередь “Инноват” является разработчиком программного обеспечения “Инновационная школа”. На сегодняшний день программно-технический модуль “Электронная столовая”, внедряемый компанией “Школьная карта” и разработанный “Инноватом”, единственный на российском рынке, который не только позволяет организатору питания в учебном заведении автоматизировать полностью процесс питания детей, но и ускорить процесс выдачи блюд детям”, – рассказал “ОМ” Урбанский.
Относительно модуля “Электронная столовая”, который Урбанский скромно называет “единственным на российском рынке“, можно было бы поспорить, но пусть это останется на его совести. Мы же предлагаем обратить внимание на “Инноват” и вот по какой причине. Именно эта фирма является единственным связующим звеном “ШК” с инновационными технологиями и программными продуктами.
“Проект “Инновационная школа” компании “Инноват” был запущен в Саратовской области в 2009 году индивидуальным предпринимателем Денисом Николаевичем Голубевым. На тот момент в Саратове была представлена всего лишь одна услуга – “Электронный дневник”, и предлагалась она различными организациями – такими, как “МГушка”, “Смаилс”, “Аксиома” и ИП Д.Н. Голубев. По мере развития проекта появились дополнительные услуги – “Электронный журнал”, “Электронная проходная” и “Электронная столовая”, – рассказывает Олег Урбанский.
“Многие компании остановились в своем развитии, не смогли предложить столь обширный функционал и, как следствие, исчезли, не выдержав конкуренции на рынке данных услуг. К 2014 году было создано программное обеспечение по функционалу, не имеющее аналогов на российском рынке в тот момент, и это лидерство сохраняется и по сей день”, – продолжает Урбанский.
Громкие заявления о “функционале, не имеющем аналогов” можно списать на желание показать компанию с лучшей стороны. Но каким способом “ШК” получила доступ к таким уникальным технологиям, кто их предоставил? По словам Урбанского – это “Инноват” и Денис Голубев.

__________
“Инноват” был образован в 2009 году в Крымске Краснодарского края. В открытых источниках значится, что учредителями ООО, начиная с 2010 года, являлись Артем Мхитаров (он же гендиректор, является также ИП и работает с вычислительной техникой), Валерий Борисенко и Тарас Давиденко (предприниматели из Мурманска). Денис Голубев появился в составе учредителей в компании в 2015 году. Кто изначально учредил компанию – данные за 2009-2010 гг. отсутствуют. Основной вид деятельности у “Инновата” – вычислительная техника и информационные технологии. Сейчас учредителями остаются только Голубев и Мхитаров. Компания часто меняет юридические адреса в Крымске.
__________

В свете получения “ШК” специальных технологий любопытной является предпринимательская деятельность Дениса Голубева. Запустивший, по словам Урбанского, в 2009 году проект “Инновационная школа”, Голубев одновременно был зарегистрирован как индивидуальный предприниматель с основным видом деятельности – “автомобильный грузовой транспорт”. Прекратил деятельность в 2015 году.
В 2011-м он стал директором и соучредителем (до сих пор остается в фирме) ООО “Саратов-Вендинг”, занимающегося розничной торговлей вне магазинов, палаток и рынков. Также он вместе с Мхитаровым и неким Борисом Куприяновым числится в учредителях торговой компании “ПЧОЛО”. Фирма с 2016 года занимается розничной торговлей по почте и в интернете. Еще одна компания – “Березка”, начиная с 2016 года, предлагает услуги денежного посредничества. В ней владельцами значатся – Сергей Вахнин, Василий Бочков, Глеб Рыськов и все тот же Голубев.
Как видно, у Голубева весьма обширные интересы, но они не имеют никакого отношения к информационным технологиям и электронным услугам. Пожалуй, лишь Мхитаров связывает Голубева с этой деятельностью. Примечателен и тот факт, что Голубев до перехода в “Инноват” возглавлял “Школьную карту”.
Но самым ключевым является другой факт. В феврале 2014 года – за полгода до подписания договора с “Кибер-картой”, о котором говорилось выше, Голубев, будучи директором “ШК”, заключает лицензионный договор с “Инноватом”. Также подписываются пользовательское соглашение и публичный договор-оферты на оказание услуг информирования на сайте “Школьной карты”. Для чего потребовалось заключать договор с «Кибер-картой», если налажено сотрудничество с другим разработчиком и оператором, не совсем ясно. Не случайно в 2014 году Киракосян, видимо, предполагая, что его обманули, обратился в правоохранительные органы.
А теперь вспомним слова Урбанского о созданном в 2014 году “программном обеспечении, по функционалу не имеющем аналогов на российском рынке“. Все события – договор с “Инноватом”, соглашение с “Кибер-картой”, заявление Киракосяна – произошли в течение чуть более полугода: в 2014 году. Возможно, совпадение, но с этого года “ШК”, существующая уже более года, начинает появляться в школах Саратова с так называемой технологией “Электронная столовая”.

Сообразили на двоих
Разобравшись с персоналиями, обратимся непосредственно к электронным системам – чем компании “Кибер-карта” и “Школьная карта” реально занимаются, какими технологиями обладают и в каких образовательных учреждениях работают. По информации комитета по образованию мэрии, в Саратове с 80-ю школами работают три компании – АО “УЭК” (система “Ладошки”, Москва), ООО “Кибер-карта” (Энгельс) и ООО “Школьная карта” (Саратов). При этом “УЭК” установила свою систему “Электронная столовая” и “Контроль доступа” в единственной школе – “Солярис”. “ШК” работает в 79-ти школах по системе “Электронная столовая”, в том числе в 33-х по системе “Контроль доступа”. “Кибер-карта” – в 7-ми школах по системе “Контроль доступа”.
Эту информацию подтверждают и Урбанский, и Киракосян. Последний ранее отмечал, что пока с саратовскими школами работает не так активно: “Большие регионы привлечь к этому очень сложно, потому что всё строится на наличных деньгах и всё насквозь коррумпировано. Представьте, если в школе есть 1 000 человек, оборот по питанию – 1,5 млн рублей в месяц. В Саратове и Энгельсе очень сложно перебороть коррупцию. Здесь всё связано с торгами, тендерами, при этом никто не контролирует вес еды, которую ребёнок должен получать”.
Поправим чиновников из мэрии: до недавнего времени “Кибер-карта” работала не в семи, а 10-ти школах Саратова, однако неожиданно директора 3-х учреждений попросили уйти компанию. В неформальной беседе они сказали, что от них это потребовали сверху. Кто именно – не уточнили. В комитете по образованию уверяют, что подобные решения исключительно принимаются руководством учреждений совместно с родительскими комитетами. Охотно верим, но после того как “Кибер-карта” сняла свои турникеты в этих школах, администрация учреждений собрала родителей и предложила скинуться по 500 рублей на новую проходную. Гражданам объяснили, что со школой теперь будет работать другая компания. Действительно, через некоторое время в школах турникеты поставила “ШК”. По словам родителей, часть из них якобы не всегда работают.
Что же предлагают компании? У “Кибер-карты”, являющейся оператором и представителем более крупной компании ООО “УЭШК” (Санкт-Петербург), в штате более 100 человек – разработчики, колл-центр. Фактически компания интегрирована в крупный российский холдинг. На тех или иных договорных условиях в эту группу компаний входят ООО НПО “КАРДДЕКС” (разработка и производство школьных сейфов-шкафов и турникетов) и ООО “ИНПО “КлассКарт” (программные разработки (г. Орел). Между “УЭШКой” и “Кибер-картой” заключены договоры, по которым последняя работает в Приволжском федеральном округе. Питерская компания осваивает – ЦФО (подключено более 600 школ). Кроме того, Киракосян до сих пор владеет фирмой “КиберКом”, с 2005 года занимающейся в Саратовской области (до прихода в регион таких федеральных компаний, как “Киви”) разработкой и продвижением программного продукта для платежных терминалов. Именно этот задел позволяет “Кибер-карте”, по словам Киракосяна, обслуживать своих клиентов по максимально удобной и выгодной схеме, поскольку заключены договоры с большим количеством банков, платежных систем, операторов связи и провайдеров. Несмотря на малое число обслуживаемых школ в Саратове, компания представлена широко в Энгельсе – системы “Контроль доступа” работают практически во всех школах города (18 учреждений). Также фирма работает в 12-ти райцентрах и трех поселках – всего 67 школ.
Отметим важный момент – в некоторых школах “Кибер-карта” запустила максимальный пакет услуг – от электронной проходной, дневников и журналов до гардероба и столовой, причем по одной карте (встроен чип с поддержкой 17-ти модулей). Например, 5 школ Аткарска работают по трем модулям. Почему так? Оказалось, что эти учреждения обслуживают не сторонние фирмы, ориентирующиеся на питание, а школы сами организуют поставку продуктов и работу столовой. “Электронные столовые”, помимо “Контроля доступа”, у “Кибер-карты” есть в Ершове (2), Калининске (1), Красноармейске (4), Красном Куте (3), Ртищево (7), поселке Светлый Татищевского района (2).
В свою очередь, “ШК” ориентирована, и это видно по официальной статистике мэрии, на работу со столовыми. Состав соучредителей также о многом говорит. Но в чем отличие технологий одной компании от другой?
Важным условием в продвижении таких технологий, их интеграции в образовательный процесс является финансовые возможности компании. Вариантов для работы на этом рынке немного – наличие бюджетного финансирования (о нем можно забыть) или собственных средств, причем немалых. Если говорить только об установке турникетов для модуля “Контроль доступа”, с учетом проекта, его согласования и получения специальных сертификатов о пожарных рисках выходит более 1,5 млн рублей. Полноценная система с двумя модулями “Контроль доступа” и “Электронная столовая” с фискализацией безналичного расчета обходится порядка 3 млн рублей. Понятно, что ни один родитель не согласится участвовать в столь дорогостоящих проектах, поэтому “Кибер-карта”, как мы убедились, побывав в некоторых школах, устанавливает и подключает все системы за свой счет. “ШК”, по словам Урбанского, работает также.

Карточный взнос?
Получить подробную информацию у Урбанского о том, как работают их технологии, не имеющие аналогов, нам не удалось – он оказался менее открытым, чем Киракосян. Поэтому мы довольствовались информацией от представителей школ и родителей учащихся, из открытых источников.
Во всех школах, где работает “ШК”, детям выдаются карточки, однако некоторые из них, по нашим данным, являются лишь магнитным ключом для входа и выхода из учреждения. Эти карточки одномодульные и не содержат никакой иной информации. Тем не менее, компания развивается (уже 4-й год работает с “Инноватом), и уже сейчас в ряде школ выдаются многомодульные карточки формата “MIFARE-1К” (у “Кибер-карты” этот формат был изначально). Такие устройства позволяют отслеживать родителям – пришел ли их ребенок в школу, когда он вышел. С этой карточкой учащийся может подойти к терминалу, приложить ее и увидеть свой идентификационный номер, выбрать в меню блюдо, и тогда с его лицевого счета спишется определенная сумма (деньги на него родители кладут заранее). Но это касается лишь старшеклассников. Учащиеся начальных классов по образовательному стандарту должны быть обеспечены питанием в обязательном порядке, поэтому учет – кто и когда ходил в столовую – все равно ведут классные руководители. При этом никто не учитывает – съел ли ребенок только суп или булочку: с лицевого счета все равно спишется стоимость полного обеда. Эти трудности в системе, разработанной “Кибер-картой”, с легкостью решаются – ребенок сам определяет в “Электронной столовой”, что он будет есть. Столовая готовит, например, обед с учетом данных о количестве детей и их предпочтениях, которые уточняются педагогами. С его карточки спишется только стоимость супа или булочки.
А теперь самый важный вопрос, на который Урбанский также не пожелал ответить, отнеся его, как и ряд других, к коммерческой тайне. Где хранятся деньги после того, как родители через банк положили их на лицевой счет? Чей это счет по сути? Урбанский ответил кратко и скромно: «Предусмотрены как наличная, так и безналичная системы оплаты».
В свою очередь, у “Кибер-карты”, как выяснилось, деньги хранятся на счету, который привязан к карте, то есть фактически их никто не может автоматически снять, списать или пользоваться ими. Компания получает бонусы за транзит денег и только с фирмы, занимающейся организацией питания, а также за смс-уведомления, перевыпуск карт, пользование школьными шкафами. Как только ребенок оплатил питание, деньги транзитом перечисляются в пользу “столовой”. При этом существуют различные “поблажки” для тех, кто не вовремя платит. То есть ребенок не должен остаться без питания ни при каких условиях.
Между тем в “ШК”, как, например, рассказали родители учащихся школы №86 Саратова, заранее кладут деньги на специальные лицевые счета. Иными словами, деньги не хранятся на карточке. Куда дальше поступают средства при списании? Родители не знают ответ на этот вопрос.
В любом случае чиновники от образования называют безналичную форму оплаты – фискализацией – и радуются этому: ведь за повсеместное введение этой системы ратуют федеральные власти, поскольку надзорные ведомства уже “устали” от жалоб родителей на поборы и непрозрачные денежные отношения в школах. Однако если мы изучим законодательство о контрольно-кассовом обслуживании, поймем, что о полноценной фискализации может идти речь, только если человеку выдается чек (ЭКЛЗ) с точными данными – с какого носителя, в какой сумме, за что и кому были списаны средства. Эти данные в обязательном порядке уходят в налоговую службу.
Открытым остается вопрос относительно дополнительной финансовой нагрузки, которая ложится на плечи родителей в виде различных банковских процентов за перевод.
По словам Урбанского, практически все услуги предоставляются родителям учащихся на безвозмездной основе: «В отличие от конкурентов, компания предоставляет неограниченный полный доступ ко всем данным о питании, посещении и оценках в личном кабинете родителя, мобильное приложение с таким же функционалом для родителей позволяет контролировать вышеперечисленное с использованием смартфонов. Мобильное приложение для школьников позволяет самостоятельно выбирать продукты через телефон. С середины апреля для учителей также будет доступно уже тестируемое мобильное приложение с широким функционалом. Мобильные приложения позволяют бесплатно получать рush-уведомления, что является неоспоримым преимуществом компании».
Между тем Киракосян считает, что представители “ШК” выдают желаемое за действительное, заимствовав большую часть технологии у “Кибер-карты”. Именно об этом он и говорит в своем заявлении в прокуратуру и ФСБ.
Действительно, а зачем нужна “ШК”, если деньги поступают на некие лицевые счета, даже если через мобильное приложение и в личном кабинете видно, что средства списались? С таким же успехом родители могли бы напрямую платить фирме, готовящей обеды для школьников. Зачем нужен посредник? А может, ларчик просто открывается? Если компания изначально ориентирована на организацию питания, то она, прежде всего, занимается развитием тех технологий, которые приближены к “кухне”. Понятно, что те предприниматели, которые уже работают со школами и обеспечивают их питанием, не отдадут часть своего пирога. Но в связи с последними требованиями по внедрению безналичных форм оплаты этим организациям потребовался электронный посредник, который бы создал видимость безналичной оплаты.
В этом ключе очень интересна, стоящая особняком, электронная система “Ладошки”, установленная сейчас в новой современной школе “Солярис”, построенной по инициативе спикера Госдумы Вячеслава Володина. Система “Ладошки” – федеральный проект АО “УЭК” (Универсальная электронная карта), учредителями которого являются Сбербанк, банк “Уралсиб” и банк “АК Барс”.
Система интересна безопасностью процессов, связанных с обработкой персональных данных детей. Кроме того, это бескарточная система. Чтобы пройти в школу через турникет или оплатить питание, используется биометрическое оборудование, считывающее информацию с ладошки ребенка, которую надо поднести к экрану. Для здоровья это абсолютно безвредно, необходимость носить карты в школьных портфелях и карманах отпадает, финансовая нагрузка для родителей маленьких “растеряш” снижается. Кстати, в школе “Солярис”, по словам родителей, можно оплатить питание как с использованием “ладошки”, привязанной к счету в Сбербанке, так и наличными средствами, что соответствует закону, который предоставляет право любому гражданину самому решать, какой метод выбрать для осуществления платежа – наличный или безналичный.
Однако если мы обратим внимание на учредителей “Ладошек”, увидим три банка, которые скорее всего не будут инвестировать в изначально убыточные сферы. Организация питания – однозначно прибыльная сфера. Почему эта компания представлена в Саратове только в одной школе? Вариантов ответа немного. Самый оптимальный – в Саратовской школе не так много школ, в которых родители школьников могут много тратить на столовую. Другое дело – Москва, где “Ладошки” представлена значительно шире.

Первым делом “кухня”, а безопасность потом?
Несмотря на то, что некоторые участники рынка ориентированы на школьное питание, одной из важных составляющих в образовательном процессе является безопасность. Речь идет о “Контроле доступа”, интегрированной в общешкольную систему пожарной безопасности. Особенно это важно в свете последних трагических событий в Кемерово. Наши участники рынка также осваивают эту нишу, но по-разному и с различным успехом. Установка турникетов позволяет не только контролировать вход и выход учащихся, но и обезопасить учреждение от проникновения посторонних. Однако турникеты могут стать серьезным препятствием при эвакуации школьников – во время пожара или при террористической угрозе. Для того чтобы турникеты отвечали всем этим требованиям, на них необходимо получать сертификат пожарных рисков. Такие сертификаты выдают специализированные фирмы после тщательной подготовки проекта. Учитывается каждая мелочь – количество учащихся, скорость выхода школьников при эвакуации, ширина всех лестничных маршей, дверных проемов. Надо ли говорит, что выдается такой сертификат (многостраничное заключение) не за два дня и даже не за неделю. Нельзя собрать с родителей по 500 рублей и за два дня установить турникеты. Не случайно руководители некоторых образовательных учреждений в связи с проверками мест массового пребывания граждан уже забеспокоились относительно законности установленных в школах турникетов. У “Кибер-карты” такие сертификаты оказались в порядке, что касается других школ Саратова, остается только надеется на лучшее.
Кроме того, сами турникеты есть разных модификаций. Производством турникетов на территории России занимаются лишь три фирмы – французская Perco, называвшийся уже “КАРДДЕКС” и “Ростов-Дон”. В то же время поставляют турникеты в Россию значительное число зарубежных компаний. Цены варьируются от 80 до 150 тысяч рублей, в зависимости от функциональности. Важным является – внесена ли продукция той или иной компании в специальный реестр пожарных рисков.
Некоторые из турникетов – одномодульные – их нельзя подключить к системе пожаротушения, сигнализации. То есть при пожаре их придется открывать вручную. Возможно, именно поэтому часть турникетов в саратовских школах пока не работают. Другие – многофункциональные – они сложатся и откроют выход при срабатывании сигнализации.
«Главный акцент компания делает на безопасность контроля доступа в общеобразовательное учреждение. Модернизация школ осуществляется исключительно за счет собственных средств организации. В проект вложено уже более 100 млн рублей.
“Кибер-карта” является единственной компанией по Саратовской области, которая производит установку оборудования и выдачу первичной эмиссии смарт-карт бесплатно как для школ, так и для родителей. Мы приводим школы в соответствие с пожарными нормами, требованиями технических регламентов. Расчет (оценка) пожарных рисков является главной составляющей при установке в общеобразовательное учреждение системы контроля доступа. Такая работа позволяет определить уровень соответствия объекта установленным требованиям или другим критериям. После этого также проводится оптико-волоконный интернет, устанавливаются видеокамеры, турникеты и специальные ограждения от несанкционированного проникновения посторонних»
, – рассказал Киракосян.
Однако, судя по тому, в скольких школах наши конкуренты организовали “Электронную столовую”, а в каких “Контроль доступа”, становится понятно – кто на что ориентирован.
Не менее серьезным остается вопрос сохранения персональных данных школьников и их родителей. Все участники рынка электронных услуг внесены в реестр в качестве оператора персональных данных. Они находятся на учете в Роскомнадзоре, ФСБ и в Федеральной службе по техническому и экспортному контролю. Отметим сразу, что и “Кибер-карта”, и “ШК” внесены в такие реестры, с каждым родителем заключаются договоры на обработку персональных данных, договоры оферты, обработка и хранение данных ведется в Саратовской области. Однако в “ШК” с обработкой персональных данных дела обстоят сложнее. Сама компания имеет право обрабатывать данные в Саратовской области, но у нее заключено соглашение с “Инноватом” на хранение этих данных. В свою очередь “Инноват”, находясь в Краснодарском крае, обрабатывает данные почему-то в Мурманске, что, впрочем, не запрещается.
Ответственный за обработку данных в “ШК” до сих пор Голубев, хотя с января 2018 года руководит компанией Урбанский. Мы надеемся, что такой незначительный недочет не повлияет на сохранность персональных данных саратовских школьников.

Источники питания
Несмотря на все технические нюансы в деятельности и “Кибер-карты”, и “ШК”, в которых окончательно должны разбираться контролирующие и надзирающие органы, одним из основных вопросов остается прозрачность при расчетах за электронные услуги и питание. Организация школьного питания, как мы уже говорили, не раз становилась объектом пристального изучения правоохранительных органов, СМИ и общественности. “ОМ” также публиковал материалы, в которых рассказывал, как устроена система школьного питания и кто за этим стоит. В частности, в материале “Оборона Подборонова” мы подробно писали, кто является фактическим монополистом школьного питания в Саратове и Энгельсе. Речь шла о бывшем депутате облдумы Олеге Подборонове. Тогда “ОМ” сообщал: “Выступает учредителем Энгельсского потребительского общества “ПОКРОВСКОЕ”, чей род деятельности – оптовая торговля мясом и мясными продуктами. Наиболее известен Подборонов как председатель совета Саратовского Облпотребсоюза. Эта организация выступает совладельцем 20 юридических лиц с названиями вроде ООО “Меркурий”, ООО “Альтернатива” и других, занимающихся продажей продуктов и производством молока в районах области. Кроме того, Олег Подборонов в качестве индивидуального предпринимателя входит в число учредителей Облпотребсоюза”.
Эту информацию частично подтверждают и сегодняшние участники рынка, и руководители школ. По утверждению многих, большинство индивидуальных предпринимателей, которые формально участвуют в школьных тендерах и побеждают в них, аффилированы с Подбороновым. Об этом говорит и Киракосян. По его словам, именно поэтому он не может запустить ни в одной школе Саратова систему “Электронная столовая”. В Энгельсе Подборонову, отмечает бизнесмен, приходится считаться с “Кибер-картой”, которая начала работать по системе “Контроль доступа” раньше экс-депутата. Киракосян отмечает, что неоднократно слышал о попытках негласно выдавить его из энгельсских образовательных учреждений. Модуль “Контроль доступа” запущен “Кибер-картой” в 18-ти школах Энгельса, в том числе в 8-ми – “Электронный гардероб”. Между тем у “ШК” отношения с питающими организациями, по всей видимости, складываются неплохо. В чем причина такого взаимопонимания, можно только предположить: например, в системе оплаты питания и поступления денег. Напомним, что схема, по которой работает “ШК” с “Инноватом” (оператором программного продукта) и фирмами, организующими в школах питание, остается тайной за семью печатью. В компании это, как заявил Урбанский, считается коммерческой тайной. Хотя, какая может быть тайна, когда идет речь о нашем с вами кармане и безопасности учащихся?

Еще немного о персоналиях
В начале материала мы сказали об учредителях “ШК” и других близких к ней фирмах, но умолчали еще об одной компании – ООО “Волжский берег”. Об этой компании, ее учредителях и аффилированных с ними лицах “ОМ” рассказывал не раз – в связи с проведением в Саратовской области водных аукционов и захватом базы отдыха “Металлист” в Марксовском районе. О водных аукционах сообщали и федеральные издания (“МК в Саратове”). В частности, завсегдатаем таких аукционов является Дмитрий Чернышкин, возглавлявший “ШК” и фактически являвшийся ее соучредителем. Долей в “ШК” владели поочередно его родственницы – Татьяна и Светлана Чернышкины. Однако совсем недавно – 22 февраля и 26 марта соответственно – эти бизнесвумен распрощались со своими активами в “Школьной карте”. Теперь эти активы являются, судя по данным из открытых источников, якобы собственными долями фирмы.
В свою очередь, в учредителях “Волжского берега” значатся такие граждане, как Светлана Резугина и Юлия Зубкова. Они же продолжают, в отличие от Чернышкиных, фигурировать в учредителях “ШК”. При этом супругом Светланы Резугиной является главный врач ГАУЗ “Саратовская стоматологическая поликлиника №2″ Артем Резугин. Он же владеет одним из домов, построенных на территории базы отдыха “Металлист”. Именно из-за этих строений и возник конфликт, продолжающийся более 2-х лет. В настоящее время фирма “Волжский берег” приобрела права аренды берега и акватории в границах базы отдыха “Металлист” с совершенно непонятными целями.
Стоит обратить внимание и на другой факт – Дмитрий Чернышкин также скинул несколько активов в различных фирмах, но наибольшую активность в этом проявила его сестра – Татьяна Чернышкина. Она избавилась от долей сразу в нескольких компаниях, которые были замечены нашим изданием также в водных аукционах и осваивании волжских берегов. В частности, ее теперь нет среди бенефициаров таких фирм-нулевок, как “Дружба”, “Березка”, “Колосок”, “Ландыш”, “Радуга”, “Родничок», которым в пользование передано значительное количество водных акваторий. Изменения в составе учредителей этих ООО произошли сразу же в один день – 1 марта 2018 года. По имеющейся у нас информации, такое поведение могло быть связано с серией публикаций “ОМ”, посвященных деятельности “Волжского берега” и различных фирм, занимающихся водными аукционами.
Но окончательно пазл складывается, если посмотреть, что из себя представляет такая организация, как Ассоциация производителей, поставщиков и организаторов питания Саратовской области, которая якобы занимается консультированием по вопросам коммерческой деятельности и управления. Ее учредителями значатся “ШК” и “Саратов-Вендинг” (упоминалась выше). Конечными владельцами являются небезызвестные нам Денис Голубев, Светлана Резугина и Юлия Зубкова, а также некие Илья Зоненко и Роман Кособоков. Президентом ассоциации зарегистрирован все тот же Дмитрий Чернышкин. Название АППОП говорит само за себя. Утверждать мы не можем, но имеем право предположить, что основная задача “ШК”, как и других близких к ней компаний, – получить максимальный доступ к школьному питанию. Внедрение так называемых современных электронных технологий может являться для нее вынужденной мерой, поскольку на смену устаревающему “налу” приходят фискализированные системы, одним из разработчиков которых является такая фирма, как “Кибер-карта”. Школьное питание – слишком жирный кусок, чтобы так легко с ним расстаться, поэтому конкуренты могут использовать любое “оружие”. Не стоит забывать, что эта сфера изначально коррупционноемкая, не отрегулированная законодательством. Утверждения, что руководители учреждений и родители учащихся сами решают, какой системой им пользоваться, – от лукавого. Все прекрасно осознают, насколько школьные администрации зависят от чиновников, а родители – от учителей. А ведь на кону значительные средства в виде поставок продуктов питания в школы, различных попечительских сборов и т.д. Зачем вводить прозрачную систему – такую, как “Ладошки” и “Кибер-карта”, если можно и по-другому? Зачем инвестировать огромные средства, как “Кибер-карта”, не зная, когда они принесут прибыль? Не проще ли вложиться в то, что приносит доход сейчас, каждый день, – мы вам булочку, а вы нам деньги?! А электронные “штучки” – это побочный эффект – инструмент борьбы с более технологичными конкурентами.

Источник: https://om-saratov.ru/economy_article/11-april-2018-i60171-golodnye-igry-so-shkolnoi-kar